Блестяще проведенная сотрудниками федеральной службы безопасности края операция, где особенно отличились работники Находкинского ФСФ, позволила обезвредить группу лиц, занимающихся доставкой в Приморский край и распространением огнестрельного оружия.

Вещественные доказательства пришли в руки при досмотре багажа одного из авиарейсов Москва - Владивосток. Была изъята партия пистолетов, автоматов, патронов к ним. Вслед за этим смертоносные игрушки были конфискованы в различных городах Приморья, где проживали участники грязного бизнеса, обслуживавшие криминальные структуры. Об этом мы писали в “РП” в начале 96 года. Как, впрочем, и о том, что этим видом бизнеса предпочитали заниматься многие, в том числе и благородные с виду люди. Например, чего стоит нашумевшая история с пожилой жительницей Находки З., которая наладила челночный канал доставки оружия из Прибалтики. Причем занималась этим не только сама, но и привлекла некоторых членов своей семьи. Шло долгое расследование. И вот сейчас мы можем сообщить читателям, что находкинский городской суд начал слушания по этому делу. Подсудимым, а их по делу проходит восемь человек, предъявлено обвинение сразу по двум статьям УК РФ 78 - “контрабанда” и 218 - “незаконное хранение, приобретение и сбыт оружия и боеприпасов”.

В числе подсудимых проходит и работник находкинской милиции Г. Его тоже, как говорят, попутал черный оружейный бизнес.

С.БАРЬЯШ,

соб.корр.

В бухту Козьмино, живописное место неподалеку от поселка Врангель, последнее время зачастили гости из Владивостока, а точнее из холдинговой компании “Дальморепродукт”. Какой интерес есть у рыбаков в маленькой приморской бухте? Дело в том, что здесь обосновался катамаран “Иван Краснонос”, ставший камнем преткновения между “Дальморепродуктом” и отдельными коммерсантами из Находки. Об этой почти детективной истории “РП” уже рассказывал, но последовавшие вскоре за публикацией события заставляют вернуться к ней вновь.

Коротко напомним суть конфликта. В декабре 1995 года ТОО “Маррыбмет” по договоренности получило от “Дальморепродукта” 180 тонн свежемороженой сельди. В назначенный день деньги на счет компании не поступили. Юристы обращаются в Приморский арбитражный суд, который выносит решение взыскать в пользу ДМП 450 миллионов рублей. Но к тому времени товарищество “Маррыбмет” приказало долго жить. На его немногочисленное имущество был наложен арест, в частности, катамаран “Иван Краснонос” оценили в 400 млн рублей.

Дальше события развиваются следующим образом. Судья Находкинского городского суда В.Тарасова выносит определение о передаче на баланс “Дальморепродукта” катамарана в качестве возмещения долга за рыбу. Здесь стоит упомянуть обстоятельства, которые сыграли в данном деле значительную роль. ДМП - не единственный кредитор несуществующего больше “Маррыбмета”. Одновременно иск к ТОО предъявили Внешторгбанк и СЭЗ “Находка” (последний являлся его соучредителем). И если банк в качестве сатисфакции получил рыбопродукцию, второй претендент остался несолоно хлебавши, так как катамаран отошел холдингу.

Однако так красиво все выглядит только на бумаге. На самом деле законный владелец парохода и сегодня, спустя полгода после решения суда, не может его получить.

Все это время, по утверждению юристов ДМП, катамаран использует в своих целях фирма “Дальинтермет” (директор П.Глушко, он же в свое время значился в числе учредителей “Маррыбмета”). Причем в море на промысел гребешка и морского ежа регулярно выходит судно, не имеющее свидетельства на класс Регистра (его действие, как сообщили в Приморской инспекции, приостановлено в марте 1995-го года).

В канун Нового года представители “Дальморепродукта”, взяв экипаж для перегона катамарана во Владивосток, третий (!) раз по вызову судебного исполнителя М.Юртаевой приехали в б.Козьмино.

По счастью, на этот раз пароход стоял на месте. Как выяснится позже, на судне отсутствовало топливо, это и помешало “убежать” экипажу на морские огороды. Юртаева распорядилась освободить катамаран, что и было сделано довольно быстро. Моряки забрали водолазное оборудование, компрессор и пр. Надо сказать, что происходило все в присутствии капитана портпункта Козьмино.

Новый экипаж катамарана принял решение ошвартоваться в рыбном порту Находка, так как внушал опасения главный двигатель, а потом вышла из строя и радиосвязь.

В Находке портофлот категорически запретил выход в море. Представители ДМП связались с холдингом и попросили прислать судно, которое бы доставило катамаран во Владивосток на буксире. Но когда они вернулись на судно, их ожидал… целый отряд пограничников и восемь омоновцев в полной экипировке. Капитан и стармех задержаны и пишут объяснительные. В чем дело? Оказывается, поступил сигнал (кому?), что пароход угнан. Предъявленные документы отчасти разрядили обстановку. Однако на следующее утро представителей ДМП вновь не пускают на пароход, стармех и капитан снова задержаны, причем последний оштрафован пограничниками на сумму в размере 30 минимальных окладов (два с лишним миллиона рублей) якобы за не выход на связь, хотя объяснительная о поломке рации уже имелась.

Ситуация развивалась по какому-то заранее спланированному сценарию. Что подтвердил и разговор с начальником милиции Находки, который сослался на председателя суда, мол, скажет отдать судно - отдадим.

Так окончился второй день пребывания в Находке. Утром председатель Находкинского суда Б.Маношкин приглашает к себе представителей ДМП и СЭЗ и объявляет свое решение: вернуть судно владельцу до устранения неких причин. А причиной в данном случае названо отсутствие описи имущества. Хотя что мешало суду предложить сделать опись тут же вместо вынесения непонятного определения. Между тем, согласно ему арестованный катамаран снова возвращается “Дальинтермету”.

Посланцы “Дальморепродукта” вынуждены были вновь вернуться во Владивосток с пустыми руками. Заявления о неправомерности действий ответственных лиц Находки направлены в краевой суд, ДВ транспортную прокуратуру, военному прокурору ТОПО и управление юстиции края.

В этой истории больше вопросов, чем ответов. Кто бы мог предположить, что вокруг маленького катамарана возникнет такой ажиотаж? Но если за него борются с таким завидным упорством, включая противоправные действия, значит есть что терять?

А.САМОЙЛОВА.

Как и год назад, жестокие шторма обрушились на рыбаков, работающих в Охотском, да и Беринговом морях. Они, эти свирепые ветра, сбили ритм рыбалки, и сразу же резко упали показатели. Особенно досталось среднетоннажному флоту. Но и большие морозильные траулеры испытали серьезные трудности.

Так, 19 января, в Крещенье, крупнотоннажный флот поймал всего 6.890 тонн минтая, хотя несколько дней назад брал по 8 тыс. 20 января уловы прибавились незначительно - 6.890 тонн.

Если же взять среднетоннажный флот, то половина его 19 января штормовала, ставить тралы просто не решались. Оставшиеся 32 судна все же рискнули поработать, их улов составил 2.460 тонн. Но на следующий день, 20 января, к работе приступило лишь 20 кораблей, улов их - 770 тонн. Осложняется ситуация еще и тем, что косяки рыбы в такую погоду плохо концентрируются, ее приходится долго и мучительно искать. Синоптики же ни 21, ни 22 января улучшения погоды не обещают. Лишь 23, возможно, зимний шторм отпустит.

Из-за такого грубого вмешательства природы в двадцатых числах января наблюдалось даже отставание против января-96. Пока оно, правда, незначительное, порядка 7 тыс. тонн, и его можно было бы перекрыть за 3-4 дня нормальной работы. Но где ее взять, нормальную, при ледяном ветре и жестокой волне? Это тем более обидно рыбакам, что флота в путину-97 выставлено больше, чем год назад.

Непогода не позволила рыбачить и в Беринговом море единственному там траулеру на промысле минтая - и 19 и 20 января он штормовал. А вот на уловы краба в Охотском море, где осталось в эти зимние дни 26 судов, шторм, как ни странно, не повлиял. 19 января из ловушек достали 113 тонн краба, 20 января - 129. И на ярусниках, работающих в Беринговом море, непогода тоже почти не сказалась: 10 оставшихся там ярусоловов 20 января взяли 35 тонн трески. Отделившаяся от них группа ярусников из 6 судов перешла в Камчато-Курильский подрайон и тоже не оплошала: поймала в тот же день 23 тонны.

Экспедиция из шести добывающих судов на донно-пищевых объектах Берингова моря 19 января поймала 42 тонны рыбы, а на следующий день была вынуждена штормовать.

Три траления сделал 20 января траулер “Дальморепродукта” “Игорь”, промышляющий в одиночестве кальмара на Курилах. Итог - 17 тонн моллюска.

…Вот так, тяжело шла рыбалка в эти дни. Но просвет, будем надеяться, наступит.

С.ШТЕЙНБЕРГ.

(Кое-что об охране труда в рыбной отрасли)

За минувший год Госинспекция по охране труда в рыбной отрасли по Приморскому краю выявила 946 нарушений правил техники безопасности, Регистра и трудоохранного законодательства. Сколько их осталось вне поля зрения инспекции, можно лишь гадать. А ведь зафиксированы еще и многочисленные несчастные случаи, одних только погибших от них 196 человек - против 156-ти в позапрошлом году. Можно привести и другие мрачные цифры, но и без того любой знает: уже несколько лет порядок и дисциплина в нашей отрасли находятся в крутом пикировании.

***

Международная Конвенция о сохранении человеческой жизни на море, подписанная и Россией, требует наличия на судах индивидуальных гидротермокостюмов. В таком костюме человек может пробыть в воде при температуре всего плюс два градуса и скорости ветра 35 метров в секунду девять часов кряду и даже насморка не схватит. Отличная штука сама по себе, а в условиях нашего морского бассейна, где осенне-зимний период мореплавания продолжается девять месяцев в году, ей просто цены нет.

Однако, есть цена. Два миллиона рублей за штуку. Но такие костюмы в России не делают, приходится закупать за морями (как, впрочем, и многие другие современные средства сохранения и спасения жизни людей на море). Так что прибавьте сюда таможенную пошлину, налог и - как говаривал Аркадий Райкин, “сумасшедшая цифра получается”. Но если не только мелкие, но и крупные судовладельцы едва наскребают на поддержание флота в исправном техническом состоянии, то на костюмы у них денег не остается. В результате гидротермокостюмами в крае обеспечено всего лишь 30 рыбацких судов - из тысячи двухсот шестидесяти восьми.

В сентябре прошлого года начальнику управления мореплавания, портов и охраны труда Госкомрыболовства РФ А.Козлову было передано для вручения премьеру В.Черномырдину обращение, подписанное вице-губернатором Ф.Новиковым и руководителями крупнейших рыбных предприятий края. В нем ” подписанты” призывали правительство переломить ситуацию, обеспечить налоговыми льготами закупки средств охраны здоровья и жизни людей на море. По сей день от правительства ни ответа, ни привета.

***

Это лишь один пример из многих, доказывающих, что для нашего государства человеческая жизнь - копейка. А вот другой. “Основы законодательства РФ о труде”, статья 18, прямая цитата: “Прибыль предприятий, в том числе научно-исследовательских, технологических и проектно-конструкторских организаций, получаемая за счет создания новых, более безопасных технологий и средств производства, выпуска и реализации средств коллективной и индивидуальной защиты работников, может подлежать льготному налогообложению…”

Обратите внимание: не категорически “подлежат”, а всего лишь “может” подлежать. То-есть, может и не… Не потому ли отечественных, современных и добротных “средств защиты работников” почти не видно?

Или еще. То же трудовое законодательство только рекомендует предприятиям - а не обязывает их - иметь в своих структурах отделы по охране труда. Следствие: такие отделы есть в крае на 30-ти рыбных предприятиях, из двухсот шестнадцати. На остальных ста восьмидесяти вопросами охраны труда занимаются профкомы (там, где они еще сохранились) или служба мореплавания - по совместительству, на общественных началах.

- В том-то и беда, что действующее трудовое законодательство носит рекомендательный, а не обязывающий характер, - говорит главный инспектор по охране труда в рыбной отрасли по Приморскому краю Василий Сергеевич Полтавский. - В нем руководитель предприятия, предприниматель, при желании, найдет немало лазеек для уклонения от охраны труда работников или, в случае чего, от ответственности. К законодательству нужны четкие и жесткие нормативные акты - не говоря уже о том, что само оно во многом устарело, не отвечает нынешнему характеру отношений между работником и работодателем…

***

Государство таким положением не удовлетворено. Но не в том смысле, в котором хотелось бы думать, а в прямо противоположном. Вспомним хотя бы недавнюю попытку протолкнуть через Думу проект нового закона о труде, лишающего рабочих остатков прав на охрану труда и социальную защиту, бросающего их в безраздельную зависимость от работодателя. Номер не прошел лишь благодаря мощному протесту профсоюзов, в том числе рыбацких. Однако власти действуют не только мытьем, но и катаньем. Несколько штришков, небольших, но очень показательных.

Положением о Рострудинспекции, утвержденным указом Президента РФ в июле 1994 года, ей приданы широкие полномочия, но и вменена куча обязанностей. Помимо контроля за собственно охраной труда, она занимается и заработной платой, и банкротством предприятий… долго все перечислять. Справиться со всем этим на все сто подчиненным того же В.С.Полтавского, общим числом семь человек, не под силу физически. Зато им сделано “послабление” в отчетности: в разделе “несчастные случаи” обязали указывать только категорию: групповые, смертельные и с возможной последующей инвалидностью. Напомним, что еще не так давно требовался подробный анализ несчастных случаев по причинам, что позволяло потом эти самые причины целенаправленно устранять. Стало быть, причины Москву не интересуют…

Теперь скажите: что должно сделать государство в условиях обвального морального и технического старения флота?.. Правильно, создать судовладельцам экономические условия для его реконструкции и пополнения новостроем. А оно идет другим путем. По словам В.С.Полтавского, если раньше Регистр допускал изношенность судокорпусов не больше 17-ти процентов, то сегодня выпускает в море с тридцатипроцентной…

А что будет завтра?

Пока иезуитский лозунг “Спасение утопающих - дело рук самих утопающих” остается принципом государственной политики в области охраны труда своих граждан, ничего хорошего ждать не приходится.

О.ЕФРЕМОВ.

Январь продолжает “радовать” приключениями.

Но вот, например, 15 января возник пожар на борту траулера “Катырка”. Судно стояло у причала Невельского порта, что помогло быстро и без привлечения профессиональных спасателей справиться с огнем. А вот старый сейнер-траулер “Казанск” Владивостокской БТРФ вынужден был к ним обратиться.

Дело в том, что 16 января это рыбацкое судно, бывшее на промысле, получило пробоину - лед в районе острова Ионы оказался тяжелым. Все попытки экипажа самим откачать воду и заделать пробоину оказались недостаточными. И тогда капитан запросил помощи спасателей. “Справедливый” (нынче он отличился во многих спасательных операциях!) находился сравнительно недалеко и взял курс к “Казанску”. К 20 января все работы по ликвиадации аварии им и экипажем самого траулера завершены.

И наконец, в январе продолжились аресты рыбацких судов в иностранных портах. На этот раз в порту Далянь (КНР) были арестованы за долги по лизингу две плавбазы с Камчатки - “Камчатский шельф” и “Трудовые резервы”. А эта беда вполне сопоставима и с небольшим пожаром и с пробоиной ниже ватерлинии. Российским рыбакам, видимо, не видать этих судов.

С.МЕЩЕРСКИЙ.