(отряд спецназначения Германии в годы Второй мировой войны)

***

Вторая мировая война вступила в заключительную стадию. 3 сентября 1943 года капитулировала Италия - союзник нацистской Германии. Гитлер был взбешен, он приказал любыми путями доставить Муссолини, попавшего в плен, в Берлин. И этот, казалось бы, совершенно невыполнимый и нереальный приказ был блестяще выполнен пятьюдесятью десантниками под командованием обер-лейтенанта Отто Скорцени.

Гитлер был несказанно рад встрече с бывшим союзником по блоку Бенито Муссолини. Вместе с тем, вызвав к себе руководителя армейской разведки адмирала Канариса, фюрер высказал ему свое недовольство тем, что абвер совершенно не проводит специальных операций в отношении высших руководителей антигитлеровской коалиции.

- Адмирал, то, что вашим подчиненным удалось доставить в Берлин Муссолини, это, безусловно, хорошо. Однако не вы ли мне говорили, что способны добыть черта из преисподни?

Сам себя распаляя, Гитлер перешел на крик:

- Мне нужен Черчилль! Вы поняли меня? Черчилль!

Канарис смиренно проговорил:

- Да, мой фюрер.

***

Вернувшись в свой кабинет, Канарис тяжело опустился в кресло и надолго задумался. Затем он вызвал своего заместителя подполковника Раделя и передал содержание разговора с Гитлером. При этом честно признался, что не знает с чего начать, однако приказ есть приказ, и его надо исполнять. Шли дни, а дело так и не сдвинулось с места, необходима была хотя бы какая-нибудь зацепка.

В кабинет Раделя вошел его помощник:

- Господин подполковник, получено очередное сообщение от “Тетушки”. По-моему, ничего особенного в нем нет, очередная отписка.

- Ладно, оставьте, я посмотрю.

“Тетушка” - глубоко законспирированный агент германской военной разведки в Англии. Завербована она была еще в середине 30-х годов. В первые годы своего сотрудничества с абвером работала очень активно, однако с началом войны информация от “Тетушки” стала поступать все реже и реже, к тому же носила больше обзорный, чем секретный характер. Тем не менее абвер не прерывал с ней радиосвязь.

Радель взял расшифрованное и отпечатанное на машинке сообщение. Первые же строчки заставили его вздрогнуть: вот она так необходимая зацепка! В другой бы ситуации Радель просто не обратил бы на подобное сообщение никакого внимания, однако он всегда помнил поставленную перед ним задачу: найти подходы к Черчиллю.

Сообщение было очень кратким: “6 ноября в субботу премьер-министр Черчилль прибудет в местечко С. с целью инспекционной проверки находящейся здесь военно-воздушной базы Королевских ВВС. Вечером он посетит местный небольшой завод, встретится с рабочими. Насколько мне стало известно, в этот день он не намерен возвращаться в Лондон. Уикенд проведет на ферме своего старого друга, отставного морского офицера. Ферма расположена в 5 километрах от базы”.

Радель отправил “Тетушке” шифровку с соответствующими инструкциями и приступил к отработке плана операции, подбору исполнителей. Вскоре был готов черновой вариант плана. Вермахт располагал некоторой информацией о военно-воздушной базе в местечке С. Здесь дислоцировалась не только боевая авиация, но располагалась воздушно-десантная бригада, в которой проходили начальную парашютную подготовку английские “командос”, американские “рейнджеры” и даже бывшие солдаты и офицеры из так называемого “польского легиона”. После разгрома Польши правительство Пилсудского осело в Англии, не оставляя надежды вернуться обратно. Вот поэтому-то и был создан этот “легион” из бывших военнослужащих Войска Польского. “Легионеры” носили форму английских ВВС, а во время полевых занятий надевали масхалаты, т.е.внешне они ничем не отличались от английских военнослужащих. Данное обстоятельство Радель и положил в основу своего плана, благо, что такой одежды на спецскладах абвера было в достатке. Оставалось сформировать штурмовой отряд, в который необходимо было включить хотя бы несколько человек, которые в совершенстве владели бы английским языком. Вот тут-то и возникли проблемы.

***

Найти человека, который бы в совершенстве владел английским языком и имел подготовку разведчика-диверсанта, оказалось не так-то просто. Радель изучил несколько десятков личных дел, наконец выбрал одно: подполковник Штиммель, единственный сын барона фон Штиммеля, известного дипломата. Штиммель-младший более десяти лет вместе с отцом прожил в Лондоне, там же получил блестящее образование. По возвращению в Берлин его призвали в армию, службу проходил в воздушно-десантных войсках. Когда началась война, Штиммель принимал участие во многих специальных операциях, за что был награжден несколькими боевыми наградами.

Завершив разработку плана, Радель доложил его адмиралу Канарису.

- Неплохо поработали, подполковник, - задумчиво проговорил адмирал, - однако не будем спешить.

- Что-то не так?

- Нет-нет, все так. Вместе с тем, поставленная перед нами задача, как бы это помягче сказать, просто абсурдна. Поэтому я предлагаю вернуться к этому вопросу, если фюрер сам вспомнит о нем.

Радель вышел из кабинета Канариса в полном смятении. Как же так? Потрачено столько сил, и все зря. Ради чего? Радель никак этого не мог понять. Он пришел еще в большее смятение, когда буквально на следующий день позвонили из канцелярии рейхс-министра Гиммлера и попросили зайти. Подполковник не мог даже предположить, что с самого начала возникновения идеи по похищению Черчилля гестапо взяло его в разработку. Все его шаги и действия по разработке плана были под полным контролем тайной полиции.

Гиммлер принял Раделя сразу же:

- Насколько мне известно, подполковник, разработанный вами план адмирал Канарис решил попридержать. Не так ли?

Лицо Раделя побелело, он облизнул мгновенно пересохшие губы:

- Откуда…

- Не имеет значения, как я об этом узнал. Начиная с сегодняшнего дня, вы будете подчиняться лично мне, а не адмиралу Канарису. Вам ясно?

- …

- И доведете дело до конца, как этого пожелал наш фюрер. А чтобы вам было легче справиться с поставленной задачей, прочтите вот это.

Гиммлер подошел к сейфу, достал из него папку и передал Раделю лист с личным угловым штампом Адольфа Гитлера. Подполковник несколько секунд как завороженный смотрел на этот с золотым тиснением штамп, его руки мелко подрагивали. Ниже был текст.

“Как Верховный Главнокомандующий приказываю:

Подполковник Радель выполняет задание особой важности по моему личному приказу.

Он подчиняется только мне. Всем органам, организациям и лицам оказывать ему всяческое содействие и помощь.

Адольф Гитлер”.

Гиммлер смотрел подполковнику прямо в глаза, тот стоял бледный и молчал.

- Теперь вам до конца все ясно, господин подполковник?

- Д-да.

- В таком случае немедленно приступайте.

***

Голландия, маленькая деревушка в 20 километрах к северу от Амстердама. Здесь располагалась одна из частей парашютно-десантных сил вермахта. Радель приказал подполковнику Штиммелю сформировать группу из тринадцати лучших десантников и приступить к интенсивной парашютной и огневой подготовке. Сам же приступил к выполнению очередного этапа подготовки операции.

Радель прекрасно понимал, что “Тетушке” одной будет не подсилу справиться с поставленной задачей, ей потребуется помощь. В качестве такого помощника он решил послать к ней “племянника”. “Племянник” - Пит Дафлин, молодой парень лет двадцати, ирландец по происхождению. Его отец длительное время служил в Королевских вооруженных силах, в 30-х годах был уволен в запас по ранению. “Племянник” и его отец были завербованы абвером накануне Второй мировой войны. Успешно выполнили несколько заданий, но с началом боевых действий их как агентов пришлось законсервировать. В надежном тайнике для них было спрятано оружие, радиостанция, деньги. Восстановить с ними связь было делом техники.

Одновременно с этим Радель направил “Тетушке” шифровку с указанием принять “племянника” и постараться подыскать ему такую работу, которая предоставляла бы свободу перемещения, не вызывая подозрений у властей и местных жителей.

“Тетушка” успешно справилась с поставленной задачей. После собеседования с местным старостой сэром Доули “племянник” получил должность смотрителя за побережьем. Ему выдали карабин и предоставили мотоцикл, поселили в небольшом, но достаточно уютном домике на берегу моря недалеко от поселка С. О лучшем варианте подполковник Радель не мог и мечтать. Перед “племянником” он поставил задачу досконально изучить местность и быть готовым к приему “гостей” с континента.

И вот наступил день, когда подполковник Радель подробно доложил Гиммлеру о завершении подготовки к операции. Тот остался доволен. Вместе с тем высказал существенное замечание по поводу того, что боевой группе придется действовать под видом десантников из польского легиона:

- В соответствии с Женевской Конвенцией военнослужащие, принимающие участие в боевых действиях, обязаны носить форму только своей страны с соответствующими знаками отличия. В противном случае они оказываются абсолютно беззащитными перед международным законодательством и подлежат немедленному уничтожению. Поэтому считаю необходимым, чтобы группа была одета в нашу форму, а сверху польская. При непосредственном вступлении в бой польскую форму нужно будет просто скинуть.

Раделю такая постановка вопроса по душе не пришлась, однако возразить он, естественно, не мог.

- Черчилль должен быть взят живым? - осторожно спросил Радель.

- По возможности живым, ну, а если возникнут трудности, о его смерти, полагаю, не придется сожалеть. Когда начало операции?

- Как только будет получен сигнал от “Тетушки” о дате приезда Черчилля в поселок С., группа вылетит ночью за день его прибытия. При хороших погодных условиях лету до места выброски не более одного часа.

- Радель, меня мало интересует, какая погода будет в день “Х”, - Штиммель, несмотря ни на что, должен действовать в соответствии с планом и никак иначе, - чеканя каждое слово, холодно сказал Гиммлер. - С момента начала операции докладывайте мне о ее ходе каждый час.

***

На следующее утро после выброски подполковник Штиммель вошел в маленькую деревенскую церквушку, которая находилась на окраине поселка С.

- Здравствуйте, святой отец.

- Слушаю вас, сын мой.

- Я командир десантной группы из польского легиона. В окрестностях вашего поселка мы проводим учения. Но у нас возникла проблема с жильем. Не могли бы вы нам помочь в этом вопросе?

- А сколько у вас человек?

- Четырнадцать.

- Думаю, что смогу вам помочь. За церковью находится пустой склад. Он вас устроит?

- Вполне, святой отец. Премного вам благодарен. Постараемся вас не беспокоить. А если понадобится наша помощь по хозяйству, например, или еще какая-либо, всегда можете на нас рассчитывать.

Когда Штиммель выходил из церкви, к ней подкатил джип с открытым верхом. Из него легко выпрыгнул моложавый майор в форме и со знаками отличия американских парашютно-десантных сил. Обойдя джип, он галантно подал руку симпатичной девушке, помогая ей выйти из машины.

- Майор Джонсон, - представился американец.

- Ковальский… поручик.

- А я Памела, решила провести уикенд у брата.

В это время из церкви вышел святой отец. Памела кинулась к нему в объятья:

- Здравствуй, Гарри, майор подвез меня на своей машине, поэтому мне не пришлось добираться на перекладных.

- Благодарю вас, майор.

- Не стоит, - несколько смутился Джонсон и, чтобы снять напряжение, повернулся к Штиммелю. - А вы здесь, господин Ковальский…

- Я здесь с десантной группой, мы проводим плановые учения. Вот пришел к святому отцу договориться о постое на несколько дней, и он любезно предоставил нам помещение.

- Да, я слышал о польском легионе. А для поляка вы хорошо владеете английским.

- Так ведь мы расквартированы на английской военно-воздушной базе.

- Ну что же, мне пора, рад был с вами познакомиться, поручик. До свидания, святой отец, всего хорошего, Памела.

***

На окраине поселка “польские” десантники отрабатывали приемы рукопашного боя. Это зрелище было настолько захватывающим, что собрало добрую половину местных жителей. Детвора просто визжала от восторга. Неожиданно прогнившая перекладина переломилась, и Джонни полетел с моста в воду. Течение подхватило его и понесло. Головка малыша то появлялась, то исчезала в воде. Все сначала оцепенели, затем стали кричать. Недалеко от моста внизу по течению находилась водяная мельница.

Услышав крики, “польские” десантники кинулись к реке. Первым на берегу оказался обер-лейтенант Граббе, не раздумывая, он бросился в воду. Головка Джонни последний раз появилась на поверхности и исчезла. Граббе нырнул и успел схватить малыша за одежду. Когда он вынырнул, то с ужасом увидел быстро надвигающееся на него колесо мельницы. Времени на раздумье не было. Граббе успел забросить Джонни на подмостки мельницы. Но его ноги попали в лопасти колеса. Граббе исчез под водой.

Новый крик ужаса всколыхнул толпу. Все кинулись на противоположную сторону плотины. Прошло секунд двадцать. На поверхности воды наконец появилось бесчуственное тело Граббе. Несколько десантников бросились в воду.

Когда его вытащили на берег, он был жив, но сильно покалечен. К месту происшествия сбежался весь поселок. Стоявший недалеко от лежащего Граббе подросток неожиданно произнес:

- Дедушка, посмотри, а разве у поляков бывает такая военная форма?

- О, Господи, - с ужасом в голосе проговорил старик, - это жзе немецкая форма.

Масхалат на груди Граббе был полностью разорван, и теперь абсолютно не скрывал офицерский мундир вермахта.

- Да, это немецкая форма, - подтвердил стоявший рядом святой отец.

Штиммель мгновенно оценил ситуацию,

- Всем стоять! Слушай мою команду!

Немецкие десантники собрали всех жителей поселка и заперли в церкви. Святой отец вплотную придвинулся к Памеле:

- Слушай внимательно, сестренка. Вон там за алтарем есть замаскированный лаз, он ведет в подземный ход, который выходит за сараем. Нам всем отсюда не выбраться, а ты попробуй.

- А как же…

- Не перебивай, дорога каждая минута. У ближайшего отсюда дома стоит машина супругов Николсон. Доберись до майора Джонсона и сообщи, что здесь произошло. Давай, сестренка, и будь осторожна.

Немцы заметили машину, когда она уже вылетела на мост и на огромной скорости помчалась на север. Стрелять было бесполезно.

атальона немедленно прибыть в лагерь. Лагерь напоминал потревоженный улей. Из палаток выбегали десантники, на ходу надевая снаряжение, сержанты отдавали команды, строя свои подразделения. Майор вошел в штаб и спросил дежурного:

- Что произошло?

- Да я и сам толком не знаю. Известно только, что пятнадцать минут назад сюда на машине примчалась какая-то девушка. Вот с этого все и началось. Джонсон вошел в кабинет командира батальона подполковника Хоули.

- А, майор, мы немедленно выезжаем в поселок С., нельзя терять ни секунды.

- А что случилось?

- Ваша подружка Памела только что сообщила мне, что в поселке С. находятся немецкие десантники. Так что быстренько собирайтесь и выезжаем.

- А где она сама?

- Девушка так переволновалась, что я ее отправил в лазарет принять что-нибудь успокаивающего.

Джонсон на секунду задумался, затем произнес:

- Сэр, прежде всего нам необходимо поставить об этом в известность штаб английских сухопутных войск…

- О чем вы говорите, майор! - заорал Хоули, багровея. - Вы не подумали, сколько уйдет времени прежде, чем мы свяжемся с англичанами? Кроме того, разве вам не известно, что именно по этой дороге, которая проходит через поселок С., сегодня должен проследовать кортеж с премьер-министром Черчиллем. Можете оставаться здесь, майор, и протирать штаны у телефонного аппарата.

Хлопнув дверью, Хоули выскочил на улицу. Спустя несколько минут, сорок десантников на восьми джипах выехали за ворота лагеря и понеслись в сторону поселка С. Сидя в головной машине, Хоули, самодовольно улыбаясь, думал про себя: “А ведь это мой звездный час. Если я сейчас в пух и прах размолочу этих толстозадых колбасников и тем самым спасу от неминуемой гибели премьер-министра, то можно определенно рассчитывать на очередное звание и повышение по службе”. Хоули аж зажмурился от охватившего его удовольствия и возбуждения. Но тут он вспомнил о Джонсоне. “Как бы он не помешал, а ведь может”.

- Стой! - крикнул он шоферу.

Хоули выскочил из джипа. Побежал к телеграфному столбу, на ходу заряжая пистолет. Тщательно прицелился и несколько раз выстрелил по фарфоровым роликам. Провода упали на землю.

Запрыгнув в машину, встретил недоуменный взгляд лейтенанта Бэра.

- Нельзя исключать того, что немцы могли подключиться к телефонной линии. Поэтому ничто не должно помешать нам выполнить боевую задачу. Поехали.

***

Сразу же после отъезда Хоули и десантников Джонсон направился в лазарет. Памела немного кспокоилась и подробно рассказала о событиях, происшедших в поселке. “А ведь немцы действительно задумали осуществить террористический акт против премьер-министра”, - подумал про себя Джонсон, - как же это я опростоволосился с этим “Ковальским”.

Майор вернулся в штаб и поднял трубку телефонного аппарата. Тишина. Джонсон выскочил на улицу:

- Сержант Вилкинсон, немедленно в машину!

Майор приказал вести джип напрямую через перелесок. И уже спустя несколько минут они выскочили на дорогу, ведущую к поселку С. На зубах скрипела дорожная пыль. Очевидно, совсем недавно здесь прошла группа машин. Поднявшись на пригорок, они в метрах пятистах впереди увидели кавалькаду машин, которую возглавляли и замыкали мотоциклы.

- Вон они, жми, сержант!

Разогнав джип с пригорка, Вилкинсон довольно быстро достал кортеж. Обойдя мотоцикл и две автомашины, джип сравнялся по скорости с роскошным лимузином. Шторки на окнах заднего сиденья были задернуты, поэтому Джонсон не смог разглядеть, кто же именно находился в лимузине. Он только видел удивленное лицо шофера.

Впереди идущая машина резко взяла влево и остановилась, преграждая путь джипу. Вилкинсон нажал на тормоза.

- Выйти из машины, руки за голову! - последовала команда.

К джипу подошли несколько офицеров.

- Майор Джонсон!? Как вы здесь оказались, что случилось?

Джонсон повернулся и увидел своего давнего знакомого, майора Кроуфорда, сотрудника разведуправления штаба сухопутных войск.

- Хэлло, Деннис! Премьер-министр здесь?

- …?

- Ладно, можешь не говорить. Но я вот что скажу, ему не следует ехать серез поселок С. Там засада, там немецкие диверсанты.

- Ты что, спятил? Какие диверсанты? У тебя есть доказательства?

- Да какие еще тебе нужны доказательства…

- А я вам верю, - вдруг сзади раздался немного скрипучий голос, - я вам верю, молодой человек. Расскажите-ка мне поподробнее.

Джонсон повернулся. Этого человека ни с кем нельзя было бы спутать. Это был Уинстон Черчилль.

***

Не доезжая полмили до поселка, Хоули дал команду остановиться. Разделив десантников на три группы, приказал скрытно выдвинуться к церкви и окружить ее.

Лейтенант Бэр несколько неуверенно сказал:

- Господин подполковник, может быть сначала провести разведку. Впереди речка, хотя и не широкая, но все-таки… Мало ли что…

- Лейтенант, здесь пока я отдаю приказы, а не вы. План будет такой, я вступаю в переговоры с диверсантами, а вы, повторяю, выдвигаетесь к церкви, окружаете ее и ждете моей команды открыть огонь. Все ясно? Тогда вперед.

Хоули сел в джип, вытащил из-под сиденья белое полотенце, закрепил его на ветровом стекле и поехал в сторону поселка. Едва машина въехала на мост, как появился вооруженный автоматом человек в форме подполковника немецкой армии.

Хоули вышел из машины, неспеша прикурил сигару и направился к немецкому офицеру. Не доходя до него два шага, остановился. Офицер вытянулся и отдал честь:

- Подполковник Штиммель.

Хоули ничего подобного не ожидал, однако тоже встал по стойке “смирно”.

- Командир парашютно-десантного батальона подполковник Хоули.

- Да, подполковник?

- А смелости вам не занимать. Здесь, в Англии, в своей форме, это, знаете, кое-что…

- Вы хотели что-то сказать?

- Для вас война, можно сказать, уже закончилась. Предлагаю сдаться. Премьер-министр находится в безопасном месте. Так что, все кончено.

- Какие условия?

- Никаких. Вы освобождаете всех жителей поселка и сдаетесь сами.

- Что касается первого вопроса, никаких возражений нет. Мы цивилизованные люди, жизни женщин и детей нам не нужны, они будут немедленно освобождены. А вот на второе не рассчитывайте, - Штиммель резко развернулся и направился в сторону церкви.

***

Ожесточенный бой шел уже несколько часов. Из группы Штиммеля в живых осталось только шестеро. Боеприпасы были на исходе. Подполковник собрал десантников около алтаря:

- Пришел наш смертнцы час. О сдаче в плен не может быть и речи…

Вдруг сверху послышался звон разбитого стекла и вниз полетели две гранаты. Штиммель навскидку дал короткую очередь из автомата. Из окна вывалился американский солдат и упал за алтарем прямо на деревянную крышку люка, прикрывавшую лаз в подземный ход, проломив ее. Одновременно с этим раздались два взрыва. Четверо немецких десантников были убиты на месте, еще один получил смертельное рашение в голову. Штиммеля спас алтарь, он был только слегка контужен.

Придя в себя, подполковник понял, что в живых остался только он один. Рядом с собой он увидел разломанную крышку люка. Оттолкнув в сторону труп американского солдата, Штиммель спустился вниз. Он выбрался наверх примерно в тридцати метрах от церкви. Наступили сумерки.

Американцы беспрерывно обстреливали церковь, двое пытались залесть на крышу. Штриммель ужом пополз в сторону реки. И тут он увидел тот самый джип, на котором приехал Хоули, рядом с ним никого не было. Не раздумывая, он вскочил в машину, двигатель завелся сразу же. Штиммель направил машину через мост. Стрельба около церкви на миг прекратилась, затем возобновилась вновь. Теперь уже стреляли в него. Но джип быстро растворился в сумерках.

У Штиммеля не было какого-то плана, он просто гнал машину. Неожиданно фары его джипа высветили группу стоящих на дороге вооруженных людей из состава американского десантного батальона. Один из них вышел вперед и несколько раз мигнул фонарем, требуя остановиться. Штиммель снизил скорость, но поравнявшись с патрулем, дал полный газ. Вслед он успел только услышать:

- Немецкий офицер…

Американцы вскочили в джип, началось преследование. На одном из поворотов машину Штиммеля сильно занесло, колесо ударилось о придорожный камень. Удар был настолько сильным, что подполковника выбросило из машины в кювет. Неуправляемый джип, набирая скорость, покатился по крутомц склону и свалился с обрыва в речку. Штиммель, превозмогая сильную боль в плече, поднялся на ноги и побежал в заросли кустарника.

Через несколько секунд здесь уже были американцы. Выскочив из машины, они бросились к обрыву. Джип лежал на отмели вверх колесами.

- Ему конец, - сказал один из солдат.

- Может стоит спуститься и проверить? - заметил другой.

- С такой-то высоты, да вниз колесами… Нет, определенно конец.

Через час начальник патруля доложил майору Джонсону об обстоятельствах погони за Штиммелем.

- Вы его труп видели?

- Нет.

- Немедленно возвращайтесь назад и привезите мне его живого или мертвого!

***

Поздний вечер. В сторону лагеря американского десантного батальона по дороге медленно катил мотоцикл. Около развилки он остановился. Мотоциклист, а это был порученец английского штаба сухопутных сил, достал из планшета карту и, подсвечивая фонариком, стал внимательно изучать ее.

- Где этот чертов американский лагерь? - выругался он вслух. - Не могли до утра подождать. Сро-о-чно, сро-о-чно, это дело государственной важности, - передразнил он кого-то.

- Что, заблудился, помощь нужна? - послышалось за спиной.

Сокрушающий удар свалил его на землю. Штиммель снял с убитого планшет, в нем был только один пакет, адресованный начальнику разведотдела штаба сухопутных войск полковнику Бредли. “Срочно… государственная важность… полковник разведки… - вихрем пронеслось в голове Штиммеля, - а ведь это, возможно, последний шанс добраться до Черчилля”.

Решение принято. Через несколько минут “новый” порученец английского штаба сидел за рулем мотоцикла.

***

- Сэр, ни в машине, ни на берегу мы этого немца не нашли, - доложил начальник патруля.

- Ваши предложения?

- Может быть труп снесло течением?

- М-да.

Штиммель подъехал к воротам лагеря и несколько раз посигналил. Ворота приоткрылись, вышел часовой, осветив его фонарем.

- Порученец из штаба сухопутных войск, у меня срочный пакет для полковника Бредли.

- Проезжай в самый конец лагеря к двухэтажному коттеджу, он должен быть там.

Увидев около входа в коттедж двух часовых, Штиммель проехал мимо и завернул за угол. Заглушил двигатель. Снял шлем, очки, реглан, под которым форма подполковника немецкой армии. Зарядил пистолет и полез на дерево, крона которого была как раз на уровне второго этажа. Подтянувшись на руках, осторожно перемахнул на балкон. Дверь была приоткрыта, но через плотные шторы что-либо увидеть было невозможно. Тем не менее Штиммель чувствовал, что в комнате кто-то есть.

А тем временем в штабе лагеря только что закончилось совещание. Полковник Бредли попросил задержаться майора Джонсона.

- Как себя чувствует премьер-министр? - спросил майор.

- Прекрасно. Я думаю, что он только что выходил на балкон выкурить последнюю сигару перед сном.

- М-да. Если бы он знал, что одного диверсанта мы так и не нашли, его сон не был бы таким спокойным.

- Ладно, майор Джонсон, уже поздно, доложим завтра. А пока я попрошу вас принять меры по обеспечению дополнительной охраны.

- Слушаюсь.

Майор поднял трубку телефона внутренней связи:

- Дежурный по лагерю слушает, господин майор.

- Приказываю усилить охрану постов один, три и пять. А вообще, как, все спокойно?

- Да. сэр. Несколько минут назад приехал порученец из штаба сухопутных войск с пакетом для полковника Бредли. Часовой направил его к коттеджу, ведь полковник…

- Что!?

- Что случилось, майор?

- Он здесь, сэр.

На ходу заряжая пистолет, побежал в сторону коттеджа.

***

Штиммель подошел к балконной двери, прислушался, в комнате было тихо. Осторожно приоткрыв штору, сначала он увидел горящий ночник, а затем и Черчилля, который лежал на широкой кровати и читал журнал. Штиммель вошел в комнату. Почувствовав какое-то движение у балконной двери, Черчилль отложил журнал. Несколько секунд он спокойно и внимательно рассматривал непрошенного гостя, затем произнес:

- Насколько я понимаю, вы тот самый немецкий подполковник, не так ли?

- Вы абсолютно правы. Господин премьер-министр, мне очень жаль, но я прибыл сюда, чтобы до конца выполнить приказ моего командования.

- В таком случае, чего же вы ждете?

Штиммель взвел курок и начал медленно поднимать пистолет. Дверь распахнулась со страшным грохотом, в комнату влетел майор Джонсон и с порога открыл стрельбу из “Кольта”. Первая пуля раздробила Штиммелю правое плечо, вторая вошла прямо в сердце.

- Странно, - проговорил Черчилль, - почему он не выстрелил? Его палец уже был на спусковом крючке. Мне искренне жаль этого подполковника, как бы там ни было, он храбрый человек.

***

Вечером того же самого дня, а именно 17 ноября, военный корабль Королевских военно-морских сил прибыл на Мальту. Сошедшего с палубы премьер-министра Уинстона Черчилля встречали генералы Эйзенхауэр и Александер. Заход на Мальту был промежуточной остановкой перед встречей “большой тройки” в Тегеране.

Так кого же в таком случае пытался застрелить Штиммель? Известного артиста по фамилии Фрост. Он не только был внешне похож на премьера, но и голос, мимика, манера поведения никого бы не заставили усомниться в том, что этот человек действительно Уинстон Черчилль. В необходимых случаях английская разведка привлекала Фроста для выполнения роли двойника. Как видно, не зря. После неудавшейся попытки захвата премьер-министра английская служба безопасности пересмотрела систему охраны “первого лица”.

Перевод с китайского А.НИКОЛАЕВА.

Двадцать девятый год работает в “Дальморепродукте” токарь Леонид Иванович Карпов, в последнее время - на плавбазе “Содружество”. Он из тех людей, кого называют “трудоголиками”: ни минут, ни часов на работе не считает, выше всего ставит интересы дела. А на плавбазе дел у токаря всегда хватает, в том числе и срочных. Поэтому Леонида Ивановича нередко можно застать в мастерской и поздним вечером, а то и ночью. Его уважают и ценят в коллективе за рабочую гордость, золотые руки и - за покладистый характер, что очень важно в долгих рейсах даже на таких больших судах как плавбаза. Леонид Иванович - большой авторитет и для рядовых работников, и для командиров.

В десяток адресов, от нового председателя Госкомрыболовства и начальника Главрыбвода до краевых властей и редакций газет, поступила радиограмма от промысловиков Охотоморья.

На добыче минтая сложилась крайне тяжелая обстановка. В разрешенных районах промысловых скоплений рыбы для среднетоннажного флота нет. Два месяца плавбазы терпят большие убытки. Экипажи остаются без заработка, их семьи без средств существования. Кредиты, взятые под будущую продукцию, не возвращаются, растут долги, нет средств купить топливо, продукты, вспомогательные материалы. Дальше так продолжаться не может. Февраль многие рыбацкие коллективы не переживут. Наше обращение к руководству отрасли по открытию части запретных изобат для промысла среднетоннажного флота решается медленно, согласно “хорошей бюрократической практике”, лишь бы избежать персональной ответственности.

Мы отказываемся добывать мелкий, не нагуленный сырец и требуем: 1.Немедленно решить вопрос по временному открытию части промысловых изобат от 100 метров и глубже. 2.Ссылку на возникновение конфликтов между рыбаками по добыче минтая и краба считать необоснованной. Эти технические вопросы решаются хорошей морской практикой, правилами совместного ведения промысла и знанием специфики добычи рыбы и краба. Единичные случаи не могут служить примером и основанием поссорить рыбаков между собой и уйти от решения проблем рыбацких коллективов. 3.Право на заход дать только русскому среднетоннажному флоту. Без смешанных экипажей под русским флагом, с учетом важности данных районов для воспроизводства биомассы. 4.Требуем принять во внимание, что другое решение этого вопроса поставит нас в положение изгоев в собственной стране и оставит наши семьи без средств существования. Члены экипажей заработали в сложных климатических условиях за неполный месяц в среднем 20-25 долларов, что составляет гарантированный минимальный заработок неквалифицированного американского рыбака за 4 часа. 5.В случае нерешения этого вопроса положительно, оставляем за собой право вынужденно в начале февраля выйти на эти изобаты в запретных районах и начать промысел. Примером непонимания наших проблем является то, что не первый год решаются вопросы безопасности при совместной работе с иностранными судами, которые грубо нарушают правила совместного промысла и создают аварийные ситуации в наших водах. Законопослушным можно быть только тогда, когда нас слышат и понимают.

Принято единогласно на совете капитанов Охотоморского района 26 января 1997 года.

По поручению совета капитанов председатель капитан-директор ПБ “Томск” Веревкин В.И.

РДО подготовил капитан-директор ПБ “Советская Россия” Зеленцов А.Н.

Диспетчерская радиоперекличка на промысле. Капитан одного из траулеров выходит на связь с начальником экспедиции:

- Как меня слышно, прием?

- Как за одним столом!

***

Пятый месяц промыслового рейса. Поздним вечером помполит со старпомом разгадывают кроссворд.

- “Спуск с гор на рулевых санях по специально оборудованным трассам”. Ясное дело - бобслей. Кстати, Иван Иваныч, как это слово правильно пишется: может, бабслей?..

***

На учебно-промысловом траулере в очередной раз передрались курсанты “шмоньки”. Один из них идет по коридору с огромным “фонарем” под глазом. Навстречу ему прачка. Интересуется:

- Всем светишь, или только себе?

***

Конец рейса, все снабжение на исходе, в том числе курево. Ночь с переходом в раннее утро, ходовая вахта старпома. Помполит поднимается на мостик в рассуждении стрельнуть сигарету. Старпом с нарочито-надменным видом протягивает ему пачку “Примы”:

- Чего желаете, Иван Иваныч: “Винстон”, “Мальборо”?..

***

Прачке не повезло с походкой: она у нее качающаяся, дрожащая, вихляющая. В экипаже мгновенно родилась “кликуха”:

- Маша - семь степеней свободы.

Самое интересное: это специальный термин из области робототехники. Казалось бы, откуда его знать матросам?

***

Жестокий шторм. Матросы после фильма курят у выхода на промысловую палубу, которая через слип заливается волной.

- Вот сейчас бы снимать правдивый фильм о рыбаках.

- Правду о рыбаках нужно снимать в кабаках!

***

В рыбцехе кипит работа, один за другим из морозилки выскакивают блоки с мороженой рыбой. Каждый второй на ощупь мягок: морозилка не тянет. Механик-наладчик возмущается:

- Мужики, что мы делаем, она же внутри хвостами машет!

***

На траулере подвели итоги соцсоревнования, раздали “всем сестрам по серьгам”. Один из мотористов счел себя обделенным, пришел к стармеху:

- Пал Палыч, а почему мне ни премии, ни даже почетной грамоты? Я девять лет плаваю…

- Мальчик, мой чемодан со мной девятнадцать лет плавает. Что мне теперь - медаль ему вешать?

***

Диалог матросов на выходе из Сингапура в восемьдесят девятом году:

- Вот, у нас говорят, будто во Владивостоке жрать нечего. Брехня! Я только что домой звонил - все есть: и кока-кола, и пепси-кола!

- Санечка, ты понимаешь, что пожрать - это значит сыр, мясо, колбаса?

- Да?!

***

Те же собеседники, в то же время.

- Знаешь, я все же думаю, наше поколение доживет до времен, когда в магазинах все будет.

- Саня, а сколько тебе лет?

- Тридцать четыре.

- Ну, и сколько ты, е.т.м., еще прожить собрался?!

Обоим и во сне не снилось, что через считанные годы будет все. Хоть маленькое, но за пять. А если побольше - то за десять…

Собрал Е.АЛЕШИН.

Постановление Правительства
от 8 января 1997 г. N 16 г.Москва
О государственной поддержке рыбной отрасли в 1997-1998 годах

В целях оказания государственной поддержки для сохранения достигнутого уровня стабильности и дальнейшего развития рыбной отрасли Правительство Российской Федерации постановляет:

1. Разрешить Государственному комитету Российской Федерации по рыболовству по согласованию с Министерством экономики Российской Федерации выдавать ежегодно в 1997-1998 годах по договорам за плату российским (с участием иностранного капитала) и иностранным юридическим лицам разрешения на вылов до 410 тыс. тонн рыбы и других водных биологических объекто в исключительной экономической зоне и на континентальном шельфе Российской Федерации.

Использовать полученные от этого средства на:

финансирование научно-исследовательских работ, имеющих отраслевое значение;

финансирование органов рыбоохраны и рыборазведения, включая финансирование реконструкции, технического перевооружения, расширения и строительства судов и береговых объектов;

строительство и эксплуатацию аварийно-спасательного флота рыбной промышленности;

осуществление международной рыбохозяйственной деятельности;

инвестирование рыбохозяйственных объектов, включенных в целевую программу экономического и социального развития Дальнего Востока и Забайкалья на 1996-2005 годы;

другие цели, связанные с государственной поддержкой рыбной отрасли, с разрешения Правительства Российской Федерации.

2. Министерству экономики Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации совместно с Государственным комитетом Российской Федерации по рыболовству в месячный срок установить порядок формирования и использования средств, указанных в пункте 1 настоящего постановления, и осуществить контроль за его соблюдением.

Председатель Правительства Российской Федерации В.ЧЕРНОМЫРДИН.

Мы попросили прокомментировать это постановление заместителя генерального директора “Дальрыбы” Владимира Михайловича Паутова. Он сказал:

- Очень нужное решение. Но если бы оно появилось на три месяца раньше, чему ничто не препятствовало, эффективность постановления была бы больше. Ведь теперь, что говорится, на ходу приходится что-то переделывать, перезаключать и т.д. А будь у нас этот “инструмент” на вооружении раньше, то мы бы по-другому, с его учетом, планировали и этот год, и будущий.