Еще совсем недавно, во времена командной экономики и даже горбачевской перестройки, Преображенская база тралового флота славилась высокими производственными показателями, опытными и умелыми кадрами рыбаков, отличным добывающим флотом, неплохим перерабатывающим. Помню, писали мы о Герое Соцтруда Волкове, о замечательном, ныне ушедшем от нас капитане Кабалике, об искусном капитане Кайгородове - о многих и многих преображенцах. И жилось им тогда прилично: уютный поселок, самолеты, теплоходы до Владивостока. Ныне же, в так называемом переходном периоде, БТФ живется чрезвычайно трудно. Уже который год базу терзают непомерные налоги, глубокие внутренние распри, огромные долги, как в бюджеты всех уровней, так и своим же работникам. И ни самолетов, ни теплоходов давно и в помине нет. Автобус раз в неделю - вот и вся связь со столицей края.

Много людей из Преображения уезжают, хотя это Богом благословенный поселок на берегу моря, многие хотели бы уехать, да некуда. Что же происходит на крупном рыбацком предприятии, принадлежащем теперь различным группам акционеров? Вот это я и пытался выяснить, беседуя с самыми разными людьми. С непримиримыми противниками нынешнего генерального директора БТФ Ю.И.Мараховского, с ним самим и с людьми, поддерживающими его.
Мнение оппозиции

Люди, противостоящие заступившему недавно на пост генерального, очень просили меня не называть их фамилии. Откровенно боятся мести со стороны властного, амбициозного начальника. И для этого страха есть основания.

Буквально в последние месяцы был уволен почти весь отдел топлива. Отчасти поэтому сейчас стоят без топлива семь траулеров, готовых к выходу на минтаевую путину и позарез нужные там.

В полном составе вместе со своим начальником уволилась служба безопасности БТФ. Причины в плохих взаимоотношениях начальника с Ю.И.Мараховским. Сейчас формируется новая служба, куда генеральный директор пристроил своего сына и чьи кадры вызывают много недоуменных вопросов у преображенцев. И вот такой любопытный и странный факт.

К бывшему начальнику СБ приехал на короткую побывку сын-солдат. Так группа преображенских парней избила его до полусмерти. Парень сейчас в больнице, в очень тяжелом состоянии. Оппозиция не склонна считать это избиение случайным. Продолжим однако перечень тех, кто ушел или кому предложено уйти.

Оказался в их числе начальник коммерческого отдела Андрей Григорьевич Максименко. Его отец, ныне живущий по пенсии во Владивостоке, был прежде начальником Преображенской БТФ. А сам Андрей Григорьевич, кстати, многое сделал для того, чтобы пришел к власти Юрий Иванович Мараховский. Верил он в него… тогда, когда тот шел во власть.

Предложено было уйти начальнику ОРСа Антонову, заместителю начальника службы эксплуатации флота Блохину. Это именно он говорил про стоящие без топлива траулеры и обронил горькую фразу:

- Нам устраивают настоящий геноцид.

В новом штатном расписании предприятия на 1997 год не предусмотрена должность заместителя генерального директора по экономике. И пребывающая на этой должности уже много лет Тамара Петровна Жеткович считает, что ее выживают. Многочисленные ряды противников нового начальника полагают, что затеянная Юрием Ивановичем тасовка кадров хорошо продумана, он собирает команду верных ему людей, через которых легче прокручивать всякие финансовые операции. Возможно, идущие на пользу БТФ, а возможно - и нет.

Коснулись кадровые изменения и флота. Уволен капитан с большим стажем и авторитетом Голод, отстранен от работы капитан Роман. А с заслуженным капитан-директором плавбазы “Советское Приморье” Гмырко вышла и вовсе некрасивая история. Он был в отпуске на Украине, получил телеграмму, предлагающую ему срочно вернуться в Преображение, чтобы отбыть в море. Приехал, как дисциплинированный, законопослушный человек. А в роскошном кабинете Мараховского его ждал настоящий разнос. На пожилого моряка, имеющего колоссальный авторитет в Преображении и собиравшегося в свой последний рейс перед выходом на пенсию, грубо и нетактично, а главное зря обрушился генеральный. Он даже хотел уволить капитан-директора, но под давлением людей не решился, предложил Гмырко пост представителя БТФ на Украине, в Николаеве. Решил спрятать капитана подальше, с глаз долой. Как в свое время поступили с бывшим генеральным директором Юрием Николаевичем Саркисянцем, отправив его создавать СП в Новую Зеландию.
Почему страдают люди?

Пару слов о Юрии Николаевиче. Он многим людям, да и мне по телефону говорил, что не хочет покидать Преображение. Его вынудили это сделать угрозами расправы. Пообещали, правда, что в Новой Зеландии ему будет хорошо, что отдаст туда БТФ пару своих судов и какие-то деньги. Ни судов, ни денег база флота пока не дала. И Юрию Николаевичу, по слухам, не очень сладко в прекрасной стране.

Теперь - об уволенных работниках. Я ведь назвал лишь некоторых, так сказать, видных людей. На самом деле их много больше. И вся трагедия в том, что никакой другой работы в поселке для них нет. БТФ - градообразующее предприятие. На сто верст вокруг негде будет устроиться, поэтому уволенные люди обречены на безработицу и нищету.

Но немногим лучше будет и тем, кто остался на своих местах… пока. Как известно, все нынче сильно подорожало: квартплата, электроэнергия, топливо. Цена продуктов в Преображении покруче, чем во Владивостоке. А на базе флота (и это сообщали мне даже сторонники руководителя!) в 1997 году уменьшились заработки, причем очень заметно - на 30 процентов. Рабочий день служащих в управлении заканчивается в 16 часов и соответственно они теряют в заработках. Кроме того, отменены премиальные. Тут, правда, вмешался прокурор района, два месяца ему удалось отстоять, за них премии выплатят, а дальше будет хуже.

Вообще, должен сказать, деньги служащие базы флота получают смешные. Бухгалтер, например, 180 тысяч в месяц, экономист (со всеми накрутками) 350 тысяч руб. Снижена зарплата и тех, кто в тяжких условиях трудится в море. Я спрашивал многих преображенцев, как они умудряются выживать?

- Огороды спасают, - отвечали мне люди, - картошка, овощи свои. А база флота не только мало платит, но и крайне нерегулярно.

Люди страдают, причем незаслуженно. И видно, поэтому рассказали мне вот такой анекдот про Мараховского.

Приходит в его кабинет женщина, плачет:

- Деньги нужны, Юрий Иванович.

- Нет у меня денег, - отвечает.

- Так что мне тогда, на панель идти?

- Иди, иди.

- Так вы тогда хотя бы мужикам заплатите. В долг я не дам. Не расплатятся.

Смех - смехом, но все это очень грустно. Социальные потрясения в Преображении огромны. Рассказывают, что когда на одном собрании люди излили своему генеральному обиды, пожаловались на плохую жизнь, он, не моргнув глазом, парировал примерно так:

- Да, мы живем плохо. Но и во всей России сейчас плохо. Не может же быть, чтобы в одном Преображении было хорошо.

Плохо однако не всем. Из достоверных источников узнаю, например, что БТФ купила за 50 тысяч долларов отличный Лендкраузер, который Юрий Иванович записал на свое имя. Вот так.
“Меня подставило прежнее руководство”

Юрий Иванович широко улыбнулся мне, сделал шаг навстречу. И одна из первых фраз, сказанных им, была именно эта. Тут же он и объяснил ее:

- Мне оставили непомерные долги - 50 млрд. рублей, сделанных еще в 1994-1995 годах. Очень трудно сейчас разгребаться с ними, да и с другими проблемами.

А ведь лукавит немного Мараховский. Он сам, вся база флота делала эти долги, и Юрий Иванович, конечно же, отлично знал о долгах в бюджет и разные фонды, но весьма энергично рвался на пост руководителя. Слукавил он и когда я спросил его о прежнем генеральном, о Саркисянце:

- Он теперь в Новой Зеландии, - хитро улыбаясь ответил Юрий Иванович, - его проблемы - там.

Будто и не должна была база помочь своему представителю в далекой заморской стране.

А потом генеральный стал говорить мне о том, что некоторых успехов достигла БТФ в ценовой политике, удачно в прошлом году реализовала икру. “Если бы не она, не видать нам денег. А так хоть что-то удалось заплатить людям”. Рассказывал мне Юрий Иванович, что база флота старается сейчас исправно платить в пенсионный фонд, что помогает своей преображенской больнице (но не платит ничего медстраху). Он даже обратил мое внимание на то, что именно Преображенская БТФ кое-что подкинула районной газете. Это потом подтвердил и ее редактор Олег Сидоров и сказал:

- Вот, выпускаем в газете рыбацкую страничку.

Заверял меня генеральный директор, что база сейчас открыта, нет никаких тайн, может быть, даже слишком открыта. Он соглашался с тем, что народу живется нелегко (а кому сейчас, кроме новых русских и бандитов, хорошо?), но о сокращенных, уволенных, страдающих речи не было. Это их проблемы?

Потом уже в планово-экономическом и финансовом отделах мне подтвердили:

- Да, у нас 50 млрд. рублей старых долгов. Но 30 млрд., а с налогами и все 40 млрд. руб. наш долг работникам базы флота за 1996 год. Живется очень трудно, но кое-какие позитивные изменения все-таки есть. Мы почти регулярно производим текущие выплаты в бюджет, и даже погасили 12 млрд. из того, старого долга. Что же касается увольнений и сокращений людей, то у нас нынче меняется, оптимизируется структура управления (давно бы надо это сделать!). Вот и выпадают какие-то должности из нее.

Управленцы, верные своему начальнику, считают, что прежний генеральный мало занимался базой флота и поселком, новый занимается больше. Удачно удалось реализовать не только икру, но и креветку, и другие рыбо- и морепродукты.

Вместе с тем, даже они признают, что некоторые издержки управления есть. Что, например, пришел в страшное запустение свой судоремонтный завод, где почти не осталось специалистов. А ремонт старых судов БТФ производит в Корее и Китае, стоимость которого превышает в несколько раз затраты на аналогичный ремонт на СРЗ Находки или Ливадии, расплачиваясь рыбопродукцией. Конечно, все это плохо, не по-хозяйски.
Где выход?

Будущее у преображенцев, как близкое, так и отдаленное, очень неясно. Дело все в том, что уже более 10 лет (!) не обновлялся флот базы, устрашающе устарели добывающие суда, а знаменитые некогда плавбазы серии В-69 признаны нынешними специалистами неэкономичными, дорогими в эксплуатации. Вот главный фактор, делающий перспективы Преображенской БТФ крайне неопределенными.

- Заказали мы в Николаеве новый БАТМ, - замечает начальник планового отдела В.Н.Ершов, - ну прибудет он. Так проект этого траулера тоже устарел, и он нам погоды не сделает.

В старом флоте вся трагедия предприятия, к началу следующего тысячелетия оно может остаться без половины своих судов, их просто не выпустит на промысел Регистр. Что же делать?

Как известно, база флота нынче принадлежит акционерам. Среди крупных, чей голос влияет на политику АО “Приморское”, инвестиционная компания “Пасифик Секьюритиз”, одна японская фирма и другие. Рассчитывать на девиденды этим компаниям в ближайшие годы не приходится, это было бы просто наивно. Тогда, что может крупных акционеров интересовать? Разумеется, работа Преображенской БТФ с ними. А вот здесь как раз ничего у некоторых и не получается. Не спешил плотно работать с держателями крупных пакетов акций Юрий Николаевич Саркисянц (за что его и свалили), но не торопится это сделать и Юрий Иванович Мараховский. Ну а держатели пакетов - в свою очередь - не спешат помогать БТФ, не инвестируют в нее свободные средства, потому что не верят нынешнему руководству. Вот такая создалась ситуация, заложником которой оказался весь поселок, весь рыбацкий люд базы тралового флота.

И вся надежда преображенцев только на то, что найдется, наконец, какая-то крупная, не мафиозная фирма, которая возьмется всерьез за их базу флота. Люди-то здесь умеют и хотят работать, море в Преображении чистое, бухта закрытая. Осталось только вдохнуть в нее жизнь.

С.ШТЕЙНБЕРГ,

спец. корр. “РП”,

п.Преображение.

1947 гoда рoждения, oбразoвание высшее, кандидат геoграфических наук, в 1976 гoду oкoнчил Ленинградский гидрoметеoрoлoгический институт пo специальнoсти “oкеанoлoгия”.

Трудoвую деятельнoсть начал в 1965 гoду матрoсoм на судах Управления тралoвoгo и рефрижератoрнoгo флoта прoизвoдственнoгo oбъединения “Камчатрыбпрoм”. Пoсле oкoнчания института рабoтал инженерoм-гидрoлoгoм на судах Управления Мурманскoгo тралoвoгo флoта, пoмoщникoм капитана пo научнoй рабoте, заместителем начальника прoмыслoвoгo райoна.

В 1984 гoду Рoдин А.В. был назначен заместителем начальника Управления “Севрыбпрoмразведка” Всесoюзнoгo рыбoпрoмышленнoгo oбъединения Севернoгo бассейна. В 1983 гoду защитил кандидатскую диссертацию пo теме “Океанoлoгические прoцессы и прoмыслoвые скoпления мoйвы в Баренцевoм мoре”. Пoд егo рукoвoдствoм oткрыты нoвые прoмыслoвые райoны пo дoбыче рыбы в Мирoвoм oкеане. Он является автoрoм бoлее 30 рабoт пo прoмыслoвoй oкеанoлoгии и дистанциoнным метoдам исследoвания oкеана. Егo вклад в oсвoение рыбных запасoв и дoбрoсoвестный труд в 1986 гoду был oтмечен oрденoм Дружбы нарoдoв.

В июле 1991 гoда Рoдин А.В. был назначен директoрoм Пoлярнoгo научнo-исследoвательскoгo института мoрскoгo рыбнoгo хoзяйства и oкеанoграфии.

Распoряжением Правительства Рoссийскoй Федерации oт 27 мая 1992 гoда N960-Р Рoдин А.В. назначен первым заместителем председателя Кoмитета рыбнoгo хoзяйства Рoссийскoй Федерации, а с августа 1996 г. рабoтает первым заместителем председателя Гoсударственнoгo Кoмитета Рoссийскoй Федерации пo рыбoлoвству.

За время рабoты в Кoмитете прoявил себя как крупный рукoвoдитель, глубoкo знающий прoблемы oтрасли. Личнo внес бoльшoй вклад в стабилизацию рабoты oтрасли, увеличение дoбычи рыбы и прoизвoдства пищевoй рыбнoй прoдукции. При егo участии oсуществлены меры пo сoвершенствoванию oхраны и вoспрoизвoдства рыбных запасoв, укреплению междунарoднoгo сoтрудничества в oбласти рыбoлoвства, развития рыбoхoзяйственнoй науки. Активнo прoвoдит рабoту пo рефoрмирoванию предприятий oтрасли в рынoчных услoвиях, пoвышению эффективнoсти рабoты рыбoпрoмыслoвoгo флoта.

Десять лет исполнилось бухгалтерии добывающего флота холдинговой компании “Дальморепродукт”. Многие рыбаки помнят, как прежде каждый СТР был приписан к одной из пяти флотилий, где бухгалтера и начисляли экипажам зарплату. Но отряд “добытчиков” рос, увеличилось количество расчетов, тогда и назрела необходимость в открытии собственной бухгалтерии, которая была создана по инициативе главного бухгалтера “Дальморепродукта” А.Г.Шило. Сегодня коллектив работает с экипажами 40 судов компании.

Десять лет существует бухгалтерия добывающего флота, и ровно столько же здесь работают обаятельные, приветливые женщины, профессионалы своего дела - В.С.Колова, Л.В.Черных, З.П.Лукашова, С.С.Ткаченко, Т.О.Швецова, А.Л.Галеева, главный бухгалтер Е.В.Морозова.

“РП” поздравляет коллектив бухгалтерии добывающего флота с юбилеем.

Джонсон находился на стрельбище, когда прибежал запыхавшийся посыльный с приказом от командира батальона немедленно прибыть в лагерь. Лагерь напоминал потревоженный улей. Из палаток выбегали десантники, на ходу надевая снаряжение, сержанты отдавали команды, строя свои подразделения. Майор вошел в штаб и спросил дежурного:

- Что произошло?

- Да я и сам толком не знаю. Известно только, что пятнадцать минут назад сюда на машине примчалась какая-то девушка. Вот с этого все и началось. Джонсон вошел в кабинет командира батальона подполковника Хоули.

- А, майор, мы немедленно выезжаем в поселок С., нельзя терять ни секунды.

- А что случилось?

- Ваша подружка Памела только что сообщила мне, что в поселке С. находятся немецкие десантники. Так что быстренько собирайтесь и выезжаем.

- А где она сама?

- Девушка так переволновалась, что я ее отправил в лазарет принять что-нибудь успокаивающего.

Джонсон на секунду задумался, затем произнес:

- Сэр, прежде всего нам необходимо поставить об этом в известность штаб английских сухопутных войск…

- О чем вы говорите, майор! - заорал Хоули, багровея. - Вы не подумали, сколько уйдет времени прежде, чем мы свяжемся с англичанами? Кроме того, разве вам не известно, что именно по этой дороге, которая проходит через поселок С., сегодня должен проследовать кортеж с премьер-министром Черчиллем. Можете оставаться здесь, майор, и протирать штаны у телефонного аппарата.

Хлопнув дверью, Хоули выскочил на улицу. Спустя несколько минут, сорок десантников на восьми джипах выехали за ворота лагеря и понеслись в сторону поселка С. Сидя в головной машине, Хоули, самодовольно улыбаясь, думал про себя: “А ведь это мой звездный час. Если я сейчас в пух и прах размолочу этих толстозадых колбасников и тем самым спасу от неминуемой гибели премьер-министра, то можно определенно рассчитывать на очередное звание и повышение по службе”. Хоули аж зажмурился от охватившего его удовольствия и возбуждения. Но тут он вспомнил о Джонсоне. “Как бы он не помешал, а ведь может”.

- Стой! - крикнул он шоферу.

Хоули выскочил из джипа. Побежал к телеграфному столбу, на ходу заряжая пистолет. Тщательно прицелился и несколько раз выстрелил по фарфоровым роликам. Провода упали на землю.

Запрыгнув в машину, встретил недоуменный взгляд лейтенанта Бэра.

- Нельзя исключать того, что немцы могли подключиться к телефонной линии. Поэтому ничто не должно помешать нам выполнить боевую задачу. Поехали.

***

Сразу же после отъезда Хоули и десантников Джонсон направился в лазарет. Памела немного успокоилась и подробно рассказала о событиях, происшедших в поселке. “А ведь немцы действительно задумали осуществить террористический акт против премьер-министра”, - подумал про себя Джонсон, - как же это я опростоволосился с этим “Ковальским”.

Майор вернулся в штаб и поднял трубку телефонного аппарата. Тишина. Джонсон выскочил на улицу:

- Сержант Вилкинсон, немедленно в машину!

Майор приказал вести джип напрямую через перелесок. И уже спустя несколько минут они выскочили на дорогу, ведущую к поселку С. На зубах скрипела дорожная пыль. Очевидно, совсем недавно здесь прошла группа машин. Поднявшись на пригорок, они в метрах пятистах впереди увидели кавалькаду машин, которую возглавляли и замыкали мотоциклы.

- Вон они, жми, сержант!

Разогнав джип с пригорка, Вилкинсон довольно быстро достал кортеж. Обойдя мотоцикл и две автомашины, джип сравнялся по скорости с роскошным лимузином. Шторки на окнах заднего сиденья были задернуты, поэтому Джонсон не смог разглядеть, кто же именно находился в лимузине. Он только видел удивленное лицо шофера.

Впереди идущая машина резко взяла влево и остановилась, преграждая путь джипу. Вилкинсон нажал на тормоза.

- Выйти из машины, руки за голову! - последовала команда.

К джипу подошли несколько офицеров.

- Майор Джонсон!? Как вы здесь оказались, что случилось?

Джонсон повернулся и увидел своего давнего знакомого, майора Кроуфорда, сотрудника разведуправления штаба сухопутных войск.

- Хэлло, Деннис! Премьер-министр здесь?

- …?

- Ладно, можешь не говорить. Но я вот что скажу, ему не следует ехать через поселок С. Там засада, там немецкие диверсанты.

- Ты что, спятил? Какие диверсанты? У тебя есть доказательства?

- Да какие еще тебе нужны доказательства…

- А я вам верю, - вдруг сзади раздался немного скрипучий голос, - я вам верю, молодой человек. Расскажите-ка мне поподробнее.

Джонсон повернулся. Этого человека ни с кем нельзя было бы спутать. Это был Уинстон Черчилль.

***

Не доезжая полмили до поселка, Хоули дал команду остановиться. Разделив десантников на три группы, приказал скрытно выдвинуться к церкви и окружить ее.

Лейтенант Бэр несколько неуверенно сказал:

- Господин подполковник, может быть сначала провести разведку. Впереди речка, хотя и не широкая, но все-таки… Мало ли что…

- Лейтенант, здесь пока я отдаю приказы, а не вы. План будет такой, я вступаю в переговоры с диверсантами, а вы, повторяю, выдвигаетесь к церкви, окружаете ее и ждете моей команды открыть огонь. Все ясно? Тогда вперед.

Хоули сел в джип, вытащил из-под сиденья белое полотенце, закрепил его на ветровом стекле и поехал в сторону поселка. Едва машина въехала на мост, как появился вооруженный автоматом человек в форме подполковника немецкой армии.

Хоули вышел из машины, неспеша прикурил сигару и направился к немецкому офицеру. Не доходя до него два шага, остановился. Офицер вытянулся и отдал честь:

- Подполковник Штиммель.

Хоули ничего подобного не ожидал, однако тоже встал по стойке “смирно”.

- Командир парашютно-десантного батальона подполковник Хоули.

- Да, подполковник?

- А смелости вам не занимать. Здесь, в Англии, в своей форме, это, знаете, кое-что…

- Вы хотели что-то сказать?

- Для вас война, можно сказать, уже закончилась. Предлагаю сдаться. Премьер-министр находится в безопасном месте. Так что, все кончено.

- Какие условия?

- Никаких. Вы освобождаете всех жителей поселка и сдаетесь сами.

- Что касается первого вопроса, никаких возражений нет. Мы цивилизованные люди, жизни женщин и детей нам не нужны, они будут немедленно освобождены. А вот на второе не рассчитывайте, Штиммель резко развернулся и направился в сторону церкви.

***

Ожесточенный бой шел уже несколько часов. Из группы Штиммеля в живых осталось только шестеро. Боеприпасы были на исходе. Подполковник собрал десантников около алтаря:

- Пришел наш смертный час. О сдаче в плен не может быть и речи…

Вдруг сверху послышался звон разбитого стекла и вниз полетели две гранаты. Штиммель навскидку дал короткую очередь из автомата. Из окна вывалился американский солдат и упал за алтарем прямо на деревянную крышку люка, прикрывавшую лаз в подземный ход, проломив ее. Одновременно с этим раздались два взрыва. Четверо немецких десантников были убиты на месте, еще один получил смертельное ранение в голову. Штиммеля спас алтарь, он был только слегка контужен.

Придя в себя, подполковник понял, что в живых остался только он один. Рядом с собой он увидел разломанную крышку люка. Оттолкнув в сторону труп американского солдата, Штиммель спустился вниз. Он выбрался наверх примерно в тридцати метрах от церкви. Наступили сумерки.

Американцы беспрерывно обстреливали церковь, двое пытались залезть на крышу. Штиммель ужом пополз в сторону реки. И тут он увидел тот самый джип, на котором приехал Хоули, рядом с ним никого не было. Не раздумывая, он вскочил в машину, двигатель завелся сразу же. Штиммель направил машину через мост. Стрельба около церкви на миг прекратилась, затем возобновилась вновь. Теперь уже стреляли в него. Но джип быстро растворился в сумерках.

У Штиммеля не было какого-то плана, он просто гнал машину. Неожиданно фары его джипа высветили группу стоящих на дороге вооруженных людей из состава американского десантного батальона. Один из них вышел вперед и несколько раз мигнул фонарем, требуя остановиться. Штиммель снизил скорость, но, поравнявшись с патрулем, дал полный газ. Вслед он успел только услышать:

- Немецкий офицер…

Американцы вскочили в джип, началось преследование. На одном из поворотов машину Штиммеля сильно занесло, колесо ударилось о придорожный камень. Удар был настолько сильным, что подполковника выбросило из машины в кювет. Неуправляемый джип, набирая скорость, покатился по крутому склону и свалился с обрыва в речку. Штиммель, превозмогая сильную боль в плече, поднялся на ноги и побежал в заросли кустарника.

Через несколько секунд здесь уже были американцы. Выскочив из машины, они бросились к обрыву. Джип лежал на отмели вверх колесами.

- Ему конец, - сказал один из солдат.

- Может стоит спуститься и проверить? - заметил другой.

- С такой-то высоты, да вниз колесами… Нет, определенно конец.

Через час начальник патруля доложил майору Джонсону об обстоятельствах погони за Штиммелем.

- Вы его труп видели?

- Нет.

- Немедленно возвращайтесь назад и привезите мне его живого или мертвого!

***

Поздний вечер. В сторону лагеря американского десантного батальона по дороге медленно катил мотоцикл. Около развилки он остановился. Мотоциклист, а это был порученец английского штаба сухопутных сил, достал из планшета карту и, подсвечивая фонариком, стал внимательно изучать ее.

- Где этот чертов американский лагерь? - выругался он вслух. - Не могли до утра подождать. Сро-о-чно, сро-о-чно, это дело государственной важности, - передразнил он кого-то.

- Что, заблудился, помощь нужна? - послышалось за спиной.

Сокрушающий удар свалил его на землю. Штиммель снял с убитого планшет, в нем был только один пакет, адресованный начальнику разведотдела штаба сухопутных войск полковнику Бредли. “Срочно… государственная важность… полковник разведки… - вихрем пронеслось в голове Штиммеля, - а ведь это, возможно, последний шанс добраться до Черчилля”.

Решение принято. Через несколько минут “новый” порученец английского штаба сидел за рулем мотоцикла.

***

- Сэр, ни в машине, ни на берегу мы этого немца не нашли, - доложил начальник патруля.

- Ваши предложения?

- Может быть труп снесло течением?

- М-да.

Штиммель подъехал к воротам лагеря и несколько раз посигналил. Ворота приоткрылись, вышел часовой, осветив его фонарем.

- Порученец из штаба сухопутных войск, у меня срочный пакет для полковника Бредли.

- Проезжай в самый конец лагеря к двухэтажному коттеджу, он должен быть там.

Увидев около входа в коттедж двух часовых, Штиммель проехал мимо и завернул за угол. Заглушил двигатель. Снял шлем, очки, реглан, под которым форма подполковника немецкой армии. Зарядил пистолет и полез на дерево, крона которого была как раз на уровне второго этажа. Подтянувшись на руках, осторожно перемахнул на балкон. Дверь была приоткрыта, но через плотные шторы что-либо увидеть было невозможно. Тем не менее Штиммель чувствовал, что в комнате кто-то есть.

А тем временем в штабе лагеря только что закончилось совещание. Полковник Бредли попросил задержаться майора Джонсона.

- Как себя чувствует премьер-министр? - спросил майор.

- Прекрасно. Я думаю, что он только что выходил на балкон выкурить последнюю сигару перед сном.

- М-да. Если бы он знал, что одного диверсанта мы так и не нашли, его сон не был бы таким спокойным.

- Ладно, майор Джонсон, уже поздно, доложим завтра. А пока я попрошу вас принять меры по обеспечению дополнительной охраны.

- Слушаюсь.

Майор поднял трубку телефона внутренней связи:

- Дежурный по лагерю слушает, господин майор.

- Приказываю усилить охрану постов один, три и пять. А вообще, как, все спокойно?

- Да. сэр. Несколько минут назад приехал порученец из штаба сухопутных войск с пакетом для полковника Бредли. Часовой направил его к коттеджу, ведь полковник…

- Что!?

- Что случилось, майор?

- Он здесь, сэр.

На ходу заряжая пистолет, побежал в сторону коттеджа.

***

Штиммель подошел к балконной двери, прислушался, в комнате было тихо. Осторожно приоткрыв штору, сначала он увидел горящий ночник, а затем и Черчилля, который лежал на широкой кровати и читал журнал. Штиммель вошел в комнату. Почувствовав какое-то движение у балконной двери, Черчилль отложил журнал. Несколько секунд он спокойно и внимательно рассматривал непрошенного гостя, затем произнес:

- Насколько я понимаю, вы тот самый немецкий подполковник, не так ли?

- Вы абсолютно правы. Господин премьер-министр, мне очень жаль, но я прибыл сюда, чтобы до конца выполнить приказ моего командования.

- В таком случае, чего же вы ждете?

Штиммель взвел курок и начал медленно поднимать пистолет. Дверь распахнулась со страшным грохотом, в комнату влетел майор Джонсон и с порога открыл стрельбу из “Кольта”. Первая пуля раздробила Штиммелю правое плечо, вторая вошла прямо в сердце.

- Странно, - проговорил Черчилль, - почему он не выстрелил? Его палец уже был на спусковом крючке. Мне искренне жаль этого подполковника, как бы там ни было, он храбрый человек.

***

Вечером того же самого дня, а именно 17 ноября, военный корабль Королевских военно-морских сил прибыл на Мальту. Сошедшего с палубы премьер-министра Уинстона Черчилля встречали генералы Эйзенхауэр и Александер. Заход на Мальту был промежуточной остановкой перед встречей “большой тройки” в Тегеране.

Так кого же в таком случае пытался застрелить Штиммель? Известного артиста по фамилии Фрост. Он не только был внешне похож на премьера, но и голос, мимика, манера поведения никого бы не заставили усомниться в том, что этот человек действительно Уинстон Черчилль. В необходимых случаях английская разведка привлекала Фроста для выполнения роли двойника. Как видно, не зря. После неудавшейся попытки захвата премьер-министра английская служба безопасности пересмотрела систему охраны “первого лица”.

Перевод с китайского А.НИКОЛАЕВА.

С 1 февраля началась кальмаровая путина у далеких берегов Новой Зеландии. Уже традиционно, что в ней участвуют и траулеры Находкинской БАМР. Как сообщил нам генеральный директор базы Анатолий Николаевич Колесниченко, подошли в район промысла три РТМа - “Пирит”, “Каврай” и “Агатовый”.

- Мы надеемся, - сказал А.Н.Колесниченко, - что результаты наших кальмароловов будут лучше прошлогодних. Моллюск там есть, а мастерства нашим рыбакам не занимать.

С надеждой на успех ушли более месяца назад и сами рыбаки БАМРа.

С. ДМИТРИЕВ.