Ледовая перемычка для находящегося в районе промысла у берегов Западной Камчатки БМРТ “Мыс Белкина” Находкинской БАМР оказалась весьма крепким препятствием и продавила корпус судна в носовой части.

Вода стала поступать в первый трюм со скоростью 90 кубов в час. Оказалась залитой хранящаяся здесь рыбная мука. Экипаж не растерялся и быстро организовал работы по откачке воды. На выручку, кроме судна-спасетля подошел и РТМС “Народный ополченец”.. Под его опекой “Мыс Белкина” отошел в бухту Русская. Здесь изнутри заделали пробоину в корпусе с помощью так называемого цементного ящика.

Этот досадный эпизод, по словам заместителя генерального директора БАМРа Н.З.Зуева, по большому счету не нарушил промысловую работу экипажа, так как у него рейс уже заканчивался. На момент выхода нашей газеты “Мыс Белкина” уже будет в родном порту.

Стоит заметить, что траулеру этому уже 24 года. В следующем году заканчивается его срок службы.

С. БАРЬЯШ.

г.Находка.

По свидетельствам современников, в XVIII веке в Англии появилась мода на рабынь - китаянок и нидианок. Девушек из восточных стран вывозили целыми партиями и продавали на импровизированном “невольничьем рынке” в Лондоне. Обычно наложница жила в доме под видом прислуги. Если девушка надоедала хозяину, ее дарили кому-то или просто выгоняли на улицу. Как правило, почти не зная языка и не имея возможности прокормить себя, она скоро погибала.

Примерно в то же время в России была похожая мода на арабских невольниц. “Товар” привозился редко, стоил недешево - привлекательная рабыня могла стоить небольшой крепостной деревни. Больше всего “арабок” было у канцлера императрицы Анны Иоанновны Бирона - около полусотни девушек.

Но, как выяснилось, “живым товаром” торгуют и поныне на просторах бывшего Союза, и в Москве.

- Представляешь, я ее купил, но не на одну ночь, как проститутку, а навсегда! - заявил преуспевающий коммерсант Максим своему школьному другу Вадику, когда на пороге большого загородного дома Максима их встретила смуглая девушка восточного типа.

Смуглянка поклонилась, поставила перед ними тапочки и, пятясь задом, ушла.

Особой красотой девушка не отличалась, но это вполне компенсировалось ее молодостью и изумительными карими глазами, смотревшими на хозяина и его гостя с собачьей покорностью.

Девушка прислуживала за ужином, удовлетворяя весь вечер все прихоти мужчин. Заинтригованный Вадим потребовал объяснений: как это - купил? У кого? За сколько? Максим, отослав девочку отдыхать, рассказал, что купил ее у некоего таджика Азхона, который занимается переправкой этого “товара” из Таджикистана в Россию и продажей его здесь. Доведенные до отчаяния нищетой жители Горного Бадахшана вынуждены продавать своих детей, чтоб выжить самим и прокормить малышей. Девушкам здесь, в России, пусть даже в качестве рабынь, лучше, чем на родине.

Максим так красочно расхваливал неприхотливость и покорность купленной девушки, что Вадим загорелся: в Москву он возвращался с телефоном Азхона. Он уже представлял себе, как в его огромной пустой квартире поселится такое преданное, молчаливое существо, готовое выполнить любое желание.

Азхон оказался мужчиной деловым, по-восточному обходительным, с благородной сединой. Вопрос решился за несколько минут. Азхон пригласил в свой джип. На заднем сиденье - девушка. Потрепанный спортивный костюм и затасканный пуховик не помешали покупателю увидеть: симпатичная, стройненькая, лет, пожалуй, пятнадцати. Азхон протянул Вадику ее свидетельство о рождении: 1982 год, Саимова Мадина Азимджановна.

- Бери, она последняя осталась, самая дорогая, потому как самая красивая. Лучше тебе хозяйки не найти: восточная девушка свое место знает, не то что ваши. Всего пять штук гринов прошу, разве это цена? Тем более что они у меня все девственницы!

Решили так: девочку Вадим забирает на неделю испытательного срока за три тысячи долларов. Понравится - доплачивает.

Дома Вадик с любопытством рассматривал чистенькую и ухоженную девочку. Все вещи Мадины сразу же отправили в мусорный бак. В первую ночь она в длинной рубашке пришла к нему в спальню и, не говоря ни слова, тихо легла рядом. Немного полежав так, без внимания хозяина, Мадина разревелась. Вскочив с кровати, сбросила с себя рубашку и, включив свет, принялась вертеться перед Вадимом в каком-то странном танце. Из ее щебетания он понял только два слова: муж и господин.

Через семь дней он был от своей девочки без ума: завалил ее сладостями, мягкими игрушками, модной косметикой и бижутерией. И даже свой обычный домашний костюм заменил на шикарный бархатный халат, вручную расшитый шелком, чтобы лишний раз порадовать Мадину.

***

После долгих переговоров и клятвенного обещания - с нашей стороны - не упоминать настоящих имен и адресов Азхон согласился на разговор о своем необычном бизнесе.

- Я просто людям помогаю, русских спасаю от одиночества, таджиков - от голодной смерти. Я же за девчонок плачу родителям…

Кто от этого страдает? Между прочим, лично я начинал торговать вовсе не таджичками, а русскими женщинами, теми, кто не смог или не успел вернуться в Россию. Например, бывшая учительница, продавщица или докторша в Душанбе стоят около пяти тысяч долларов, в провинции дешевле.

КОРР.: - Как они вам достаются, эти девчушки, воруете?

- Ничего я не ворую. Поймите, что столько лет война идет в Таджикистане… Люди давно забыли, что такое деньги. На двести долларов, полученных за дочь, семья безбедно живет целый год. А там, глядишь, и другая подрастает. Женщины, особенно в горных районах, забиты, их мнения никто не спрашивает. У нас на Востоке есть такая пословица: “Женщина дешевле ишака”.

КОРР.: - Как же вы провозите девчонок в Москву?

- С четырнадцати лет у нас в Таджикистане подростку можно купить билет на любой вид транспорта. С этого же возраста ее можно выдать замуж, принять на работу, взять под опеку. В Таджикистане за девушку со всеми оформленными документами я плачу полтора миллиона рублей. Мне дается лист, на котором черным по белому написано, что я обладаю неограниченными правами на эту девушку. Документ заверяет хасив, должностное лицо, что-то вроде главнейшего старейшины. Ни один родитель после этого не может потребовать у меня своего ребенка обратно.

КОРР.: - А дальше?

- Больше пяти девчонок за раз не вожу. В Москве снимаю квартиру, с одной такой живу. Ей 18 лет, со мной уже года три - с тех пор, как начал свой бизнес. Она была из самой первой партии. Красивая и хитрая. Сулемой зовут. Я ее хотел тогда последней продать, такую бы сразу купили. А она, когда без подружек осталась, решила, что я ее приберег для себя, и соблазнила меня ночью. Не хотел я этого, но потом привык к ней и оставил. Какое-то время перед продажей она дает девчонкам есть и спать вволю (чтоб посвежее выглядели) и учит правильно обращаться с благами цивилизации, например, с унитазом. Когда девочки отойдут и кое-чему научатся у Сулемы, начинаем торг.

КОРР.: - Кто же их покупает? Что с ними происходит потом?

- Покупают для прислуги и секса, для панели берут редко - своих в Москве хватает. Покупатели, конечно, богатые дядечки. Что с девчонками происходит дальше, я не знаю. Но, думаю, долго не живут - у них очень слабый организм. Браки между близкими родственниками в горах - обычное дело, плюс множество родовых болезней, недостаточное питание в детстве, изнурительная работа. Знаю об одном случае: девочка зарезалась. Молодой парень купил ее у меня, но скоро она ему надоела. Так он пригласил к себе ребят, и те при нем с девчонкой повеселились. А когда уехали, она на его глазах и зарезалась.

***

А что касается Вадика и Мадины… Три месяца спустя она случайно увидела в окно: Вадим у своего белого “Опеля” обнимает и целует русокудрую незнакомку. Мадина бросилась с балкона седьмого этажа. Смерть была мгновенной.

Комментирует следователь ГУВД г.Москвы (Петровка, 38), старший лейтенант милиции Дмитрий Пешков:

- Уже года два назад в поле зрения правоохранительных органов Москвы стали попадать несовершеннолетние таджички. Задерживаются они не за преступление, не за кражу или мошенничество, а за бродяжничество. С чердаков, из подвалов их вытаскиваем: голодные, часто не по сезону одетые, по-русски говорят плохо, паспорта не имеют. У хозяина (почти всегда это люди обеспеченные, связанные с криминальным миром) эти девушки работают чаще всего на дачах за городом прислугой или для увеселения гостей: не надо каждый раз тратиться на вызов девушки по телефону - своя под рукой всегда и бесплатно. Обслужит всех и не пожалуется. Но даже такие развлечения скоро приедаются, и тогда они оказываются на улице.

А нам что с ними делать? Домой наотрез отказываются возвращаться, там они никому не нужны. Пристраиваем в детдома, интернаты. Жалко их. Судьба девчонок незавидна. Среди этой категории бомжей смертность чрезвычайно высока.

Редакция журналов “Рыбное хозяйство” и “Рыбоводство и рыболовство” совместно с Всероссийским научно-исследовательским и проектно-конструкторским институтом экономики, информации и автоматизированных систем управления рыбного хозяйства (ВНИЭРХ) готовит рекламно-информационное издание “Рыбный рынок России”: цветное, хорошо иллюстрированное, на мелованной бумаге.

Бесплатная рассылка будет осуществляться непосредственно рыбохозяйственным предприятиям и организациям-производителям рыбопродукции, оборудования и материалов рыбохозяйственного назначения, а также торговым объединениям и фирмам.

Цель такого журнала - информировать предпринимателей, так или иначе связанных с рыбным бизнесом и уже преуспевших в нем, и только начинающих свое дело, - о положении на российском рыбном рынке. Кроме того, в нем будут публиковаться аналитические обзоры о производстве конкурентоспособной пищевой рыбопродукции и консервов, а также медицинской, кормовой и технической продукции: обзоры сырьевых ресурсов для российского рыболовного флота за конкретные годы; материалы об особенностях сертификации рыбного сырья и рыбопродукции, о путях развития среднего и малого бизнеса в рыбном хозяйстве России, о работе портов и предприятий.

Если Вы хотите, чтобы о Вашей деятельности узнали как можно больше потенциальных партнеров, обращайтесь к нам в редакцию: мы можем опубликовать не просто рекламу Вашей фирмы, но и любой материал о ней, исходя из Ваших интересов: рекламный очерк, фоторепортаж, интервью с руководителем.

Стоимость одной полосы внутри журнала - 1000 долл. США; первой полосы обложки - 2000 долл. США, второй, третьей и четвертой полос обложки - по 1500 долл. США.

Заявки на размещение в журнале “Рыбный рынок России” рекламы направляйте по адресу:

107807, ГСП-6, Москва, Б-78, ул.Садовая-Спасская, 18, редакция журнала “Рыбное хозяйство”.

Тел. (095) 207-26-67, 207-21-15.

Факс (095) 207-10-30, 207-28-70.

Наши банковские реквизиты:

Получатель: ИНН 7708020896 ТОО “Журнал “Рыбное хозяйство”.

Банк получателя: АКБ “СБС-АГРО” г.Москва. БИК 044541506.

Расчетный счет N40702-810-1-0041-0000100, кор. счет N 301 018 102 00000000 506.

Весна врывается в нашу жизнь ярким весенним солнцем, щебетанием птиц и прекрасным праздником Днем 8 марта. Вот его-то дружный коллектив ОАО “Здоровье” отметил на природе, на базе отдыха “Садко”.

Приехавших на берег Уссурийского залива ожидали духовой оркестр, уха из свежей рыбы и, конечно же капустник, где главные исполнители были коллеги-мужчины из того же “Здоровья”, но ставшие веселыми мушкетерами.

Организаторами чудесного праздника были профком предприятия и центр культуры. Они и помогли мужчинам раскрыть свои творческие возможности и порадовать милых дам.

Женщины твердо заявили, что им было хорошо. А когда хорошо женщинам, хорошо всем.

На снимках вы как раз и видите моменты счастья на базе отдыха “Садко”.

Во Владивостоке продолжается следствие по делу капитана 2 ранга Григория Пасько. Журналист газеты Тихоокеанского флота “Боевая вахта” обвиняется в розничной продаже государственных секретов иностранным фирмам и организациям. Статья 275 УК РФ - государственная измена. По ассоциации “от противного” это мне напомнило эпизод из собственной журналистской практики, связанный с другим офицером ТОФ. Он не имел ни малейшего отношения к журналистике, но заботился о приоритете отечественных СМИ над зарубежными…

***

“Уникальный пуск боевой баллистической ракеты в научных целях успешно осуществлен на Тихоокеанском флоте. Об этом сегодня корреспонденту ИТАР-ТАСС сообщил хорошо информированный источник в штабе ТОФ.

9 декабря в 3 часа ночи по московскому времени в расчетной точке Тихого океана неподалеку от Камчатки атомная подводная лодка Тихоокеанского флота произвела исторический “выстрел”…

Этим пуском начался эксперимент по производству в условиях невесомости сверхчистого медицинского препарата группы интерферонов, который обещает стать кардинальным средством лечения СПИДа и раковых заболеваний. Подобные эксперименты проводились и ранее, как в СССР, так и в США, однако успеху препятствовало влияние относительно больших собственных масс космических аппаратов.

Биофизический прибор по производству интерферона создан под руководством главного конструктора Григория Майорова в одном из КБ России. Он помещен в блоке научно-технических изделий весом около 900 килограммов и установлен на ракете РСМ-25 вместо ядерной боеголовки. В ходе пуска блок на высоте 130 километров отделился от носителя и продолжал подъем до высоты более тысячи километров над земной поверхностью, после чего совершил мягкую посадку в заданном районе на территории Камчатки. Время его нахождения в невесомости составило около получаса. Полученный в биофизическом приборе препарат будет согласно ранее достигнутому соглашению передан для исследований американским ученым”.

Это сообщение ИТАР-ТАСС из Владивостока в начале декабря 1992 года передали все мировые информационные агентства, оно произвело волнение во многих военных и научных кругах. И доставило немалое профессиональное удовлетворение мне, его автору.

Хотя никакой моей заслуги в его появлении не было. Сенсационный факт сам пришел в руки - явление в журналистике не частое.

А было так.

…Той весной во Владивостоке случилась беда: вдруг стали рваться боеприпасы на арсенале ТОФ в микрорайоне Вторая Речка. Крупнокалиберные снаряды с жутким шорохом носились над городом. Из прилегающих к арсеналу жилых кварталов эвакуировали людей. С узлами, чемоданами, ребятишками они нескончаемой вереницей тянулись по улице Русской к железнодорожной станции, где уже стояли наготове пассажирские составы и дымили армейские полевые кухни. Все напоминало кадры прифронтовой кинохроники первых месяцев Великой Отечественной.

Лишь стечение обстоятельств да четкие действия местных властей и военных спасли город от разрушений и человеческих жертв.

Я, тогда корреспондент Дальневосточного отделения ИТАР-ТАСС, отправился за объяснением причин случившегося к начальнику управления ракетно-артиллерийских вооружений ТОФ капитану 1 ранга Г.Н.Антонову.

- Не исключаю, что какой-то разгильдяй на арсенале нарушил запрет курения и не заплевал окурок, - устало вздохнул Геннадий Николаевич (потом выяснилось: тут он как в воду глядел). - А вообще подобное должно было случиться. Не на этом арсенале, так на другом, не так, так этак…

И рассказал дикие вещи. У флота нет средств на ликвидацию давно снятых с вооружения боеприпасов, на техническое обеспечение охраны арсеналов. Караульную службу несут бабули из ВОХРа, ибо матросов не хватает даже на боевых кораблях…

После той беседы мы с Антоновым прониклись взаимной симпатией. На меня произвела сильное впечатление его истинная интеллигентность, увы, весьма редкая в нашем офицерстве. А ему, полагаю, понравилась непредвзятость журналиста, его готовность понять глубинные причины несчастья - бестолковые реформы, развалившие все и вся, включая Вооруженные Силы. И еще, думаю, то, что я рассказал об этом в прошедшей по каналам ИТАР-ТАСС довольно острой по тем временам статье. Тогда ведь пресса всю вину за случившееся возлагала на командование ТОФ. И не только она, но и само Минобороны - принципу “с больной головы на здоровую”. Антонову даже присвоение очередного звания контр-адмирала придержали, нашли крайнего. Спасибо, с должности не погнали.

***

Потом мы не общались несколько месяцев, а в начале декабря он позвонил сам.

- Есть серьезный разговор, но не для телефона. Можете приехать ко мне в управление?

Он был насквозь простужен, навалившись на стол, зябко кутался в шинель, глотая горячий чай, заговорил.

- Вот в чем дело. Кто-то из офицеров в штабе флота продал представителю японского информационного агентства “Киодо Цусин” во Владивостоке сведения о коммерческом пуске баллистической ракеты с нашей атомной подлодки. Агентство эти сведения “выстрелило”, но промахнулось. Правда, по чистой случайности: пуск не состоялся из-за плохих погодных условий. Но он должен состояться через неделю. Как русский человек и российский офицер, я считаю, что об этом должна сообщить миру российская пресса, и никакая другая.

Я сделал стойку, как почуявший дичь пойнтер, и торопливо достал блокнот.

…Вскоре текст будущего сенсационного сообщения был готов. Но где гарантия, что “Киодо Цусин” меня не опередит, ведь информатор агентства, видимо, тоже держит ухо востро?

Гарантом выступил мой визави. У него уже был готов план действий. Наученное прошлым опытом, командование флота обеспечило максимально возможную секретность: о предстоящем деле в штабе знает крайне ограниченный круг лиц. Руководить пуском будет лично Антонов, завтра он вылетает на Камчатку. Оперативному дежурному у себя в управлении он оставит мой телефон. Если все пройдет успешно, Антонов немедленно по прибытии в базу из точки пуска позвонит оперативному дежурному и произнесет единственное слово-пароль, тот передаст его мне - и сообщение тут же уйдет в центральный аппарат ИТАР-ТАСС.

Вернувшись в редакцию, я поместил текст в компьютер и стал ждать.

В назначенный день оперативный дежурный произнес мне по телефону заветное слово. Пять минут спустя сообщение об успехе небывалого эксперимента российских ученых, конструкторов и военных моряков было в Москве и пошло гулять по свету.

***

Через пару месяцев Антонову все же дали контр-адмирала. Он узнал об этом в госпитале: прихватило сердце - сказались взрывы на арсенале и волнения с ракетным пуском. Я пришел к нему в палату поздравить с новыми звездами. Он налил две рюмки коньяку, но сам, разумеется, не пригубил. Показал телеграмму: Ленинградская военно-морская академия приглашала его возглавить кафедру ракетно-артиллерийских вооружений. Вскоре он уехал в Ленинград.

А вычислить, кто из офицеров ТОФ продал японцам первоначальную информацию о небывалом пуске, флотской контрразведке не удалось.

О. ЕФРЕМОВ.