Недаром говорят: злой язык страшнее пистолета. Когда недавно одна из ведущих владивостокских газет, то ли по незнанию, то ли умышленно, “записала” в банкроты ОАО “Моряк-Рыболов”, удивлению ольгинских рыбаков не было предела. Откуда такие сведения? В арбитражный суд их не вызывали, разговоров о несостоятельности никогда не вели. Да и не могло их быть. Компания работает стабильно, результаты экономической и финансовой деятельности не дают оснований для подобных выводов. Не много найдется в Приморье предприятий, не попавших в черный список налоговых служб. И даже пресловутый “закон джунглей”, по которому выживает только сильнейший, увы, не срабатывает в условиях непредсказуемых российских реформ. Что сильного, что слабого одинаково ломают медвежьи объятия нашего дикого рынка. Как удается их избегать ольгинцам - другой вопрос. Но факт остается фактом: бюджетных долгов за ними не значится, а стало быть нет и повода, как гласит поговорка, “наводить тень на плетень”.
Конечно, утверждать, будто жизнь у здешних акционеров абсолютно безоблачная, было бы очевидной натяжкой. Являясь дочерним обществом холдинговой компании “Дальморепродукт” и продолжая оставаться в системе крайрыбакколхозсоюза, предприятие испытывает те же трудности, что и большинство рыбаков. Особенно после нашумевшего решения Конституционного суда РФ, определившего приоритеты платежей: сначала в федеральную казну и лишь потом, если только что-то еще останется, себе. Понятно, что в лучшем случае остаются крохи, которых не всегда хватает даже на зарплату. Словом, выкручивайся как можешь. И, возможно, если бы не партнерство с ДМП, который рассчитывается с колхозниками за поставляемый ими сырец готовой, пользующейся спросом продукцией, ситуация могла бы быть куда сложней. Достаточно вспомнить нашу многострадальную “прибрежку”. После действительного банкротства “Приморрыбпрома” его береговые предприятия, так и не получившие обещанную самостоятельность, оказались в состоянии медленного умирания. Сворачивается производство, штормовая волна безработицы и повального обнищания захлестнула рыбацкие поселения.
К чести “Моряка-Рыболова”, он не только выживает сам, хотя это и стоит ему неимоверных усилий, но и дает жизнь одноименному поселку. Каково тянуть эту ношу, знают те, кто сполна ощутил на себе и своем предприятии всю тяжесть статуса “градообразующее”. Жилье, школа, больница, детский сад - все держится на плечах единственного благодетеля. А это - больше тысячи человек населения при четырехстах работающих в ОАО. Кто возместит столь колоссальные дополнительные расходы, неподъемным бременем пригибающие к земле? Когда-то значительную их часть компенсировало государство. Обязано, вроде, и теперь. Но можно ли назвать помощью усиливающиеся финансовые поборы, одинаковые и для тех, кто львиную долю прибыли тратит на содержание социальной инфраструктуры, и для тех, у кого ее нет? Должен поселок быть обеспечен светом и теплом в зимнее время - и “Моряк-Рыболов”, как волшебная палочка-выручалочка, всегда приходит на помощь. А куда денешься, не оставлять же пенсионеров без дров, а рыбацкие семьи держать в темноте, голоде и холоде. Даже когда во Владивостоке отключали от электричества целые микрорайоны, в домах ольгинских рыбаков горел свет. Мало того, колхозникам-акционерам платить за киловатты приходится как бы вдвойне: за себя и за пограничников, которые пользуются ими бесплатно. Попытки договориться с командованием Тихоокеанского погранокруга о хотя бы частичном погашении задолженности за пользование электроэнергией, к сожалению, успеха не принесли. Границу, мол, охраняет весь народ, вот и выполняйте ваш почетный и священный долг, расплачивайтесь сами…
Без преувеличения можно сказать, что сегодня на колхозе-”доноре” держится едва ли не весь район. Слава Богу, у предприятия сохранился пусть небольшой, но все же добывающий флот. Несколько судов рыбачат в Охотоморье, другие промышляют на местном лове, пополняя небогатую колхозную копилку, а людям на берегу давая работу и средства к существованию. Кстати, ОАО не коснулось недоброе поветрие массовых сокращений, чем нынче без меры “грешат” многие оказавшиеся в долговой яме фирмы и компании. Здесь прекрасно понимают: коренным, потомственным рыбакам, связавшим свою судьбу с морем, сложно ломать привычные, десятилетиями складывавшиеся устои. Да и найти более “доходное” место не то что в поселке - во всем Ольгинском районе практически невозможно. А потому руководство акционерного общества делает все, дабы удержать на плаву свой большой корабль. “Моряк-Рыболов” располагает солидной производственной базой, куда входят обрабатывающий, механический, судоремонтный и строительный цеха, автопарк. На первом в нынешнем году заседании правления была принята программа работы предприятия на полугодие. Это, если можно так выразиться, стратегический план развития многопрофильного хозяйства, охватывающий все направления его деятельности. От внешнеэкономических, без которых трудно сегодня говорить о серьезном вхождении в рынок, до чисто “домашних” аспектов переустройства. Таких, например, как расширение, а в дальнейшем и модернизация цеха рыбообработки, привлечение инвестиций, вопросы кадровой политики. Ну а какое производство, особенно сейчас, когда каждый рубль, каждый килограмм продукции дается потом и кровью рыбаков, может обойтись без укрепления дисциплины, налаживания действенного учета и контроля? Неслучайно на том же правлении было решено ввести и сделать непреложным правилом рейсовые отчеты капитанов. Порыбачил - доложи о результатах, о том, что и сколько добыл, доставил на берег, сдал на плавбазу, сколько сжег горючего. Ведь из таких мелочей складывается рентабельность предприятия, благополучие сотен работающих на нем людей, жителей поселка.
Пока эти задачи колхозники решают. А что до сенсационных “изобличений” в банкротстве, то, считают они, пусть совесть будет судьей авторам заказных публикаций. “Моряк-Рыболов”, невзирая на многочисленные подножки и преграды на его пути, твердо стоит на ногах. И будет стоять. Залогом тому - выбранный им курс в союзе с тем же “Дальморепродуктом”. Курс, который не изменить.
Ю. ВАСИЛЬЕВ.
