Серьезная морская катастрофа произошла в эти дни (13-15 февраля) в Охотоморской экспедиции. Средства массовой информации поспешили сообщить о ней, путая фамилии и факты. Но читатели “РП” имеют возможность узнать о том, что же в действительности происходило в Охотском море, как говорится из первых рук. А именно от Вячеслава Андреевича Евченко, начальника экспедиции судов “Дальрыбы” и одновременно российского представителя на южнокорейском процессоре. Ему - слово.
Сообщаю действительную информацию о спасении экипажа корейского процессора “Гран-Эстрелла”. По московскому радио она прозвучала в искаженном виде.
13 февраля в 22.00 (время петропавловское) началось возгорание в районе камбуза по левому борту главной палубы процессора. Сразу по всем частотам в Охотоморской экспедиции был подан сигнал “мэйдэй” об оказании помощи судну “Гран-Эстрелла”. В 22.10 к правому борту процессора пришвартовался СТР “Седанка”, а в 22.15 по левому борту пришвартовался РТМС “Новоладожский” Корсаковской БОР. Члены экипажа, около 30 человек, были высажены на борт СТР “Седанка”. В 23.00 пожар в районе камбуза был локализован, в 23.30 потушен силами экипажа “Гран-Эстрелла”. В 23.30 РТМС “Новоладожский” отошел от борта, а в 24.00 капитан процессора поблагодарил российские суда и отказался от дальнейшей помощи. Экипаж вернулся с борта СТР “Седанка” на борт “Гран-Эстрелла”.
14 февраля экипаж судна устранял последствия возгорания, основной его причиной по предварительным данным оказался отказ электрозащиты электрокотла приготовления пищи на камбузе. В течение всего дня 14 февраля процессор производил ремонт электропитания траловых лебедок, которые вышли из строя по причине пожара. К вечеру того же 14-го февраля траловые лебедки были проверены, в 23.30 принят первый улов минтая (кутец весом 24 тонны) от СРТМ “Залив Петра” АО “Дальрыба”. Но в 23.55 началось новое возгорание электрокабеля траловой лебедки левого борта в районе подпалубного пространства камбуза и появилось сильное задымление жилых помещений в районе полубака, а также носовой надстройки. Одновременно всем судам экспедиции был подан сигнал бедствия на всех частотах. Ночью 15 февраля по правому борту южнокорейского процессора пришвартовался СРТМ “Залив Петра”: началась эвакуация экипажа. В то же время по правому борту пришвартовался СРТМ “Пагелла” (судно камчатского рыбвода), который также начал принимать на свой борт членов экипажа “Гран-Эстрелла”. Пожар охватил жилые помещения полубака, дым начал выходить на тамбучину главной палубы в районе брашпиля. В это время капитан “Гран-Эстреллы” Квон Ненг Чоль сообщил мне, что 2 члена экипажа задохнулись, не сумели выйти из помещений. В 00.47 камчатского времени СРТМ “Залив Петра”, приняв 113 человек вместе с капитаном Квон Ненг Чоль, обрубил швартовые и отошел от борта горящего судна. СТР “Пагелла”, также взяв 17 человек на свой борт, обрубил концы и отошел от борта. Посоветовавшись с капитаном, я отдал распоряжение СТР “Пагелла” и СРТМ “Залив Петра” следовать в район работы южно-корейской базы-процессора “Пионер океана” для пересадки спасенного экипажа на его борт. “Пионер океана” подтвердил возможность принять их на свой борт. Через час после этого “Пионер океана” подошел на высадку людей с СТР “Пагелла”, затем был высажен спасенный экипаж южнокорейского процессора с СРТМ “Залив Петра”.
В.ЕВЧЕНКО.
К этому следует добавить, что эстафету помощи южнокорейским рыбакам принял спасатель “Дальрыбы” “Справедливый”. Его экипаж тоже немало потрудился на борту “Гран-Эстреллы”, приготовил его к буксировке во льды, где в спокойной обстановке можно было успешнее бороться с пожаром. Что “Справедливому” и удалось сделать.
С. МЕЩЕРСКИЙ.
